Книга Холодное утро в 3018, страница 127 – Лан Ань Ни

Проклятье! Похоже, он, как и Регина, был посвящён в некую тайну, доступ к которой для меня был закрыт. И меня это взбесило!

* * *

Мы отрабатывали сценарий эвакуации десятки раз, мы знали каждый поворот, каждый закоулок. Мы просто не могли провалиться.

И, тем не менее, они нас обнаружили. Гильдейцы. Те самые люди в капюшонах. Люди в капюшонах… Которые проникли в здание Штаба вместе с Региной.

«Значит, она солгала? Солгала! Она меня спровоцировала, подставила! А я рот разинул, наивный дурак! Безмозглый идиот! Что если это я всех выдал?»— я был в ужасе.

Но разве я мог страдать, разве имел право на сомнения? У моей группы был приказ: доставить посла на посадочную площадку. И исполнить его мы должны были любой ценой.

Нам предстояло преодолеть длинный коридор, ведущий к скоростному лифту. Казалось бы, дело каких-то пяти-семи минут, но только не тогда, когда путь напоминал полосу препятствий. Чертовски не хватало пространства для манёвра. Мы не могли ни повернуть назад, ни укрыться в какой-нибудь комнате, ни вызвать кар к окну и убраться из этого проклятого места. Мы оказались зажатыми в том коридоре, попали в ловушку. Гильдейцы подорвали несколько дымовых гранат и лишили нас зрения, дезориентировали, а сами заняли удобные позиции у входа в коридор и у лифта. Они зажали нас в тиски и стреляли на поражение.

Мы сомкнули ряды, прикрыли илионийцев телами и развернули силовые щиты, которые могли уберечь от прямых лазерных лучей, пусть и ненадолго. В таком виде мы двинулись вперёд, бросив все силы на группу террористов, перекрывших путь к выходу, огнём освобождая дорогу к лифтам. Стреляли преимущественно люди Бофорта, прекрасно подготовленные, быстрые, собранные. Хавьер и я тащили огромные, мерцающие силовые щиты и приободряли пришельцев. Уж поверьте, та ещё работёнка! Попробуй успокоить кого-нибудь, когда сам чувствуешь себя попавшим в западню, когда не уверен в благополучном исходе дела.

— Всё чисто! Ведите посла к лифту! — Лили подтолкнула меня и Хавьера вперёд. — Мы прикроем вас. Быстрее!

Там не было выступов, за которыми можно было спрятаться, которые можно было превратить в боевые позиции. Гильдейцы тоже были лёгкими мишенями, и обе стороны несли потери. Под постоянным натиском лазерных лучей щиты трещали и перегорали вдвое быстрее обычного.

Время было выбрано неслучайно. Место было выбрано неслучайно. Нас принесли в жертву, всех нас. Нас подставили. Кто? Севр? Бофорт?

«Нужно добраться до лифта! Скорее! Скорее! Десять шагов, пять, два…» — считал я.

К счастью, поганцы не успели заблокировать лифт. Как только дверцы открылись, мы, особо не церемонясь, затолкали пришельцев внутрь. На меня смотрели четыре пары испуганных глаз с синими квадратными зрачками. Траян, сидевший на руках Гортензии, рычал и извивался. Я нажал на кнопку, но ничего не произошло. Створки лифта остались на своих местах. Если прежде мы ещё держали себя в руках, то в ту страшную минуту ударились в панику.

— Хавьер! Попробуй перезапустить лифт! Давай, я прикрою! Марк, Лукас, прикройте нас. Генерал, на пол! Ложитесь на пол! Вы на линии огня!

У илионийцев тоже было оружие, но Бофорт убедил их открывать огонь только в случае крайней необходимости, если их попытаются взять в плен, если погибнут все защитники. Они должны были выглядеть жертвами, а не нападавшими. Глупо! Как глупо! Тогда мне казалось: вот он, пресловутый крайний случай!