Книга Королева яда и тьмы, страница 42 – Александра Торн

Уикхем погладил его по плечу. Элио съежился.

— Ну, ты же освободил двоих полицейских от Магелот, собрал защитный контур, благодаря которому она все еще не может выбраться из дома, заставил строителей прекратить разрушение ловушки для нечисти, указал мне на архивные описи, о которых я и не подозревал. Довольно много для неагента, а?

Юноша тихо вздохнул. Стыд грыз его все сильнее, потому что настоящий агент не упрекал его, а утешал.

— А для допросов и прочего у тебя есть я, – добавил Диего. – К тому же, прямо скажем, общение с людьми – не твоя сильная сторона.

Элио негодующе выпрямился:

— Я могу общаться с людьми!

— Ага, – хмыкнул оборотень, – только делаешь это редко. Общение – это не когда ты приказываешь, а они выполняют. – Он вернулся за стол и кивнул на горшок с еще дымящимся рагу: – Будешь доедать?

— Нет, – признал Элио: хотя рагу было восхитительным, он уже съел столько, что чувствовал, будто ремень на талии вот-вот лопнет.

Уикхем с довольным урчанием придвинул к себе блюдо с хлебом и рагу.

— В любом случае, – сказал Романте, с некоторым трепетом глядя, как оборотень поглощает пищу богов, – хотим мы или нет, нам придется довериться Скотту. Пусть он и пользуется фамилией отца как ключом от всех дверей – но с нами-то, возможно, вообще никто не будет разговаривать, и мы потратим уйму времени на то, чтобы выцарапать нужную информацию.

— Ну ладно, допустим, Скотт выудит нужные сведения из папиных друзей. А мы что будем делать?

— Во-первых, мы можем прижать сотрудников архива насчет того, кто вырывает страницы из описей и крадет документы.

— Думаешь, это кто-то из них? В архив так-то может любой зайти.

— Не любой, – возразил Элио и макнул в чай медовое печенье. – Нам, например, понадобилось разрешение, которое выбил Абернаут, ихмэ илих зин^[4], конечно… Но просто так шастать по архиву нельзя. К тому же тот, кто вырвал страницы, сделал это так аккуратно, как может только человек, хорошо знакомый с архивным делом.

— Это здорово сужает круг подозреваемых. Но если этот тип не дурак, он тоже это понимает. Нужно выяснить, кто увольнялся из архива за последние годы.

— Да. А во-вторых, ты говорил, что чуял присутствие той стороны в Джолиет-холле. Но если трещина, из которой вылезла Магелот, запечатана, то как это возможно?

— Ты же не хочешь открывать дверь на тайную половину дома.

— Поэтому, пока ты будешь трясти архивариусов, я займусь поиском способа заглянуть на эту половину, не открывая двери.

Диего некоторое время жевал картофелину из рагу, потом кашлянул и сказал:

— Ну вообще-то у Бюро есть тот, кто может это сделать.

Элио заледенел. Этот рекрут был последним, кого он хотел тут видеть. И дело не в прозвище «Булавка», которое так прижилось среди агентов и рекрутов, что иначе Элио и не называли – правда, только за спиной, в лицо никто не рискнул повторить.

— Он высокомерный спесивый мудак, – процедил юноша. – Я не доверю помощь общине тому, кто даже на одного джилаха смотрит как на коровий навоз.

— Ну ладно тебе. Я сам его приведу, покажу дом и отправлю обратно в замок. Тебе даже говорить с ним не придется.

— А как ты от него скроешь следы джилахской магии по всему особняку? Такого, как Мируэ, нельзя обмануть.

— Ну и кому он об этом расскажет? Мне и шефу, может, еще миледи.