Книга Дары и гнев Ледяного короля, страница 113 – Александра Торн

— Вальенте, – пробормотал Скотт, – Орден, эликсиры бессмертия… Поневоле задумаешься, так ли плоха служба в полиции. Хотя бы есть шанс дожить до пенсии. Однако, – встрепенулся он, – позволю себе обратить ваше внимание на то, что скоро уже стемнеет и становится все холоднее, а ночевать в горах без укрытия – весьма сомнительное удовольствие. Может, вы сделаете еще один маленький портал и перенесете нас поближе к городу?

4 ноября

Кофе, которым их угощал Реджинальд Скотт в своем кабинете, был превосходен. Мария тянула напиток маленькими глоточками, косясь на шоколадные конфеты в вазочке. Шарль Мируэ стоял вполоборота у окна, поглядывал на улицу и тоже наслаждался божественным напитком.

— Я только одного не могу понять, – сказал комиссар. – Как бартолемиты, что бы ни значило это странное самоопределение, выяснили, что за эликсир Агерн спрятала в пещере?

— Мы этого уже не узнаем, – ответил агент. – Но в целом меня это не удивляет. Главе их Ордена, Педро Вальенте, шестьдесят четыре, он стареет и отчаянно хочет удержать власть в руках… в руке. Я слышал, что он уже несколько лет ищет способы задержаться на этом свете.

— Кое-кто из агентов поговаривает, что Мальтрезе уже облизывается на кресло экселенса, – заметила мисс Эстевес и взяла конфету. Одну, самую маленькую.

— Верность – понятие эфемерное, – хмыкнул Мируэ. – Двадцать лет назад это был личный цепной пес Вальенте, а сейчас он готов схватиться с другими претендентами на наследство и, видимо, не прочь ускорить его получение.

— Всюду такая же жизнь, как и везде, – сказал Скотт. – Борьба за власть – развлечение, которое никогда не выйдет из моды. Хотя я бы не назвал шестьдесят четыре года преклонным возрастом.

— Вальенте решил озаботиться этим вопросом заранее, не дожидаясь полной немощи.

— Вполне разумный подход, – кивнул комиссар.

«А может, дело в зависти», – подумала Мария. Все они видели миледи. Да и шеф Бюро тоже не менялся с годами. Обидно, наверное, стареть, глядя на врагов, которые даже не поседели за двадцать лет.

Разные слухи ходили среди агентов о шефе, о миледи и о ее призраках. Но Мария всегда старалась об этом не думать. В конце концов, где она – скромный начинающий агент, а где основатели Бюро-64.

— Жаль только, – добавил Скотт, – что в Тиллтаре больше не будет Черного Проводника. Собственный призрак придавал нашим горам определенную прелесть.

— Она заслужила покой, – строго сказала Мария. – Она провела здесь несколько столетий, привязанная к пещере, как собака к будке. А теперь наконец-то освободилась.

— Тоже верно. Хотя кто теперь будет спасать людей, заплутавших в Тиллтаре?

— Придется как-нибудь самим. О! – воскликнул Мируэ. – Это, кажется, за мной!

Девушка встала и подошла к окну. К ее разочарованию, ничего эффектно-магического снаружи не произошло: к воротам департамента подкатила бричка, запряженная гнедой парой. На козлах сидел мужчина в длинном кожаном плаще и шляпе. Крикнув «Тпру!», он поднялся во весь свой немалый рост (футов шесть, не меньше), задрал голову и помахал шляпой. Ветер взъерошил его косматые черные волосы.

— Мне пора, – сказал Мируэ. – Благодарю за кофе и сотрудничество.

Комиссар отсалютовал ему чашкой. Агент наклонился к Марии и тихо добавил:

— Спасибо. Отличная работа.