Книга Дары и гнев Ледяного короля, страница 61 – Александра Торн

«Все-таки революции и войны закаляют…» – хмыкнул Бройд и невольно прикинул, сколько оружия тайком перевозят эти мирные жители в багаже и не дадут ли они никтаморфам еще более эффективный отпор, чем экипаж. Главное ведь – проинструктировать и распалить боевой дух, в котором риадцы никогда не испытывали недостатка.

Экспресс «Файотт» был длинным, и Бройд устал к тому времени, когда от первого вагона добрался до последнего. Тем более что амулет в его руке ни разу не пискнул за все это время. Может, он неправильно пользовался этой штукой. Двинувшись обратно, Айртон старался держать шарик на чуть вытянутой руке, поближе к дверям купе, но свечение и тихий писк появились лишь тогда, когда он добрался до купе Уикхемов. Бройд кашлянул, постучался и после приглашения с опаской заглянул внутрь.

Диана Уикхем разложила на столике газету, на которой начертила какую-то схему, а в центре разместила кусок двери со следами рисунка. Покачивая над схемой прозрачным кристаллом на серебряной цепочке, девушка что-то бормотала себе под нос, и шеф полиции скромно устроился в уголке, чтобы не мешать.

Вид чародейских практик не вызывал у него такого удовольствия, как у Бреннона (Натан следил за ними с восторгом ребенка в цирке), поскольку напоминал о существовании той стороны жизни, перед которой простой смертный почти бессилен. Да, экипаж и пассажиры дали бы бой никтаморфам при должном настрое, но как предотвратить появление нежити?

Айртон сражался с дейрцами во времена Революции и Освободительной войны, дрался с мародерами и шайками грабителей в смутные годы Гражданской, бился за создание полиции, видел за эти годы такое, что до сих пор снилось в кошмарах, – и все же магия его скорее пугала, чем радовала. В ней было что-то глубоко противоестественное.

Свет от кристалла бросал мертвенно-белые блики на сосредоточенное лицо мисс Уикхем, и она уже казалась не милой юной девушкой, а ведьмой из страшных сказок, которые Бройд мальчишкой слушал, пробравшись в комнаты слуг в поместье отца. Линии и значки, нарисованные на газете, становились все чернее, будто проваливались куда-то за черту реальности, и из них сочилось нечто едва уловимое, размывающее привычный, нормальный мир. Значки на куске двери замерцали, цепочка в пальцах мисс Уикхем заскользила сама собой, а кристалл принялся описывать широкие круги, опускаясь все ниже и ниже. Резкий рывок – и краешек камня уткнулся в стол.

Диана с торжествующим возгласом сдернула со стола газету – под ней оказалась карта. Девушка склонилась над точкой, в которую уперся кристалл, и торжество тут же сменилось недоумением.

— Здесь же ничего нет, – пробормотала Диана.

Бройд подошел к столику и посмотрел на карту.

— Здесь есть лес. Что это за точка?

— Я пыталась найти того, кто нарисовал герон. Наверное, опять не получилось, – вздохнула мисс Уикхем. – У меня и на практикумах не всегда получалось.

— Отчего вы думаете, что не получилось?

— Ну вряд ли он сидит посреди лесной чащи на обледенелом пеньке, верно?

— Может, и не сидит. Может, у него там вполне благоустроенный лагерь. Эта точка находится примерно в полумиле от обеих деревень и от места, где мы сейчас. Вполне подходящий пенек для того, чтобы подождать результатов засады и атаки. Хотя я так и не нашел в поезде ни одного магического предмета, – Айртон протянул девушке амулет, – что возвращает нас к первому предположению. В любом случае, чтобы это выяснить, нам нужно сойти с поезда и проверить, что же там, в этом лесу.