Книга Новая раса, страница 131 – Александра Торн

Росс сполз с койки, с некоторой опаской оперся на ногу под сеткой — но никакой боли или дискомфорта не последовало. Он приободрился и отправился в душ. Ему о многом хотелось поразмыслить, и в первую очередь — о вад-принце. АльНилам — одно сплошное «почему», которое погружало разум Тедди в кипящий хаос.

Почему вад-принц — одновременно и существо, и носитель генетического дефекта⁈ Почему его отец ничего с этим не сделал? Почему специалисты, проводившие рекомбинацию, допустили такой прокол и тоже ничего не сделали? Это же, черт возьми, не разноцветные глаза! Как можно проморгать такую ошибку в геноме?

…или его сделали таким специально? Но Тедди не мог поверить, что кто-то способен на такое. Рекомбинация ДНК существует для того, чтобы исправлять дефекты генома, а не создавать их! Специалисты «МТ» напичкали АльНилама черт знает какими способностями и органами чувств, но почему-то не смогли исправить ошибку, которая сделала его презираемым в этом мире калекой.

Хотя вообще вад-принц не казался калекой со стороны. Террористов он расшвыривал вполне бодро, и его особенность как будто совершенно ему не мешала. Не считая того, что террористы могли его раздеть, и тогда… сердце Тедди сжалось. Он даже думать не хотел, что пережил бы при этом АльНилам.

Но все же отец как-то странно к нему относится. Почему султан посылает принца шарить в логове террористов в поисках кейса с эмбрионами? Какую бы тайну этот кейс ни хранил — разве это повод рисковать тем, что особа королевской крови попадется в руки радикальной группировки?

Вопросов было столько, что разум Росса едва не трещал под их натиском. А главное — никаких ответов ни от кого он не получит. Вряд ли вад-принц захочет с ним разговаривать после всего этого.

Тедди выбрался из душа, растер тело полотенцем, чтобы взбодриться, и натянул больничную пижаму. Интересно, скоро его отпустят? В купе как-то поуютнее и думается лучше, а еще там планшет — и нужно купить новый телефон…

Росс вышел из ванной и в удивлении уставился на Пола Агилара, который стоял у иллюминатора, скрестив руки на груди, и сканировал взглядом пространство вокруг медвагона.

— Что вы тут делаете⁈

— Добрый вечер. Слежу за тем, чтобы вы были в безопасности. Вы против?

— Э… нет, конечно, — смешался Тедди. — Спасибо. А… а вас не накажут за то, что вы тут со мной вместо того, чтобы вкалывать на кухне?

— Анна Дмитриевна предоставила мне три дня отгула. Безопасность и комфорт пассажиров — наш высший приоритет.

— Вы сидите со мной уже три дня?

— Нет. Сейчас двадцатое, вечер.

Тедди с облегчением перевел дух. Не так долго он, значит, провалялся в отключке.

— Спасибо. Я не хотел доставлять вам беспокойство…

— Это ничуть меня не тяготило, — уверил его кондитер и строго спросил: — Почему вы не выпили таблетки? Там еще две штуки на утро и вечер.

— Потому что от них мозг превращается в кисель, а я уже отлично себя чувствую.

— Отлично? — Пол поднял бровь.

— Ну, не отлично, неплохо, — признал Тедди. Ему не хотелось дальше обсуждать эту тему — он чувствовал, что кондитер вполне способен уговорить его на прием остальных таблеток.

— Это потому, что на вас еще действуют препараты. Вы пережили очень сильное потрясение, и я бы на вашем месте не отказывался от лекарств так быстро.