Книга Новая раса, страница 38 – Александра Торн

— Карло, — позвала она, — как вы себя чувствуете?

Бывший гвардеец тау-класса очнулся от полусна, уставился на Фиалковскую так, словно к нему слетел ангел, а потом схватил ее руку и поцеловал.

— Ох, не надо, не надо, — смущенно пробормотала Мария, отнимая руку. — Лучше скажите, как ваше самочувствие?

— Хорошо, синьора, — ответил парень, преданно глядя ей в лицо. — Немного слабость, и иногда кружится голова.

— Зрение, слух, обоняние работают нормально? Онемение конечностей? Проблемы с памятью?

— Нет, синьора. Все в порядке.

— Вам будут давать усиленный паек. Съедайте все, даже если нет аппетита. Если состояние ухудшится — сразу сообщите мне.

— Да, синьора.

— Мария, — негромко позвал ее Исио Торо. — Он вернулся. У нас возникли некоторые проблемы.

«Почему я даже не удивлена», — Фиалковская кивнула делла Ровере на прощание и направилась следом за Исио к «комнате», которую выгородили для нее в длинных тоннелях.

— Что стряслось? — негромко спросила она: по лицу Торо никогда нельзя было понять, произошла ли какая-то катастрофа или мелкая неприятность.

— Он провалил слежку, — лаконично ответил эпсилон. Кажется, Авилес ему не нравился; впрочем, никто не знал точно, что Исио думает о том или ином человеке либо существе.

— О Боже, — вздохнула Мария. — Ну хотя бы хвост он к нам не привел?

— Нет, мадам. Я проверил.

Гектор Авилес ждал ее за пределами «комнаты». Вид у существа был несколько всклокоченный, правая рука висела, как парализованная, но при этом он держался так, словно у него все под контролем. Самоуверенность, как заметила Фиалковская, и твердая убежденность в своей исключительной ценности для человечества были главными чертами Авилеса. Видимо, принадлежность к Сай Ашерон поднимает самомнение на головокружительную высоту, хотя особой пользы от Гектора Мария пока не заметила.

— Входите, — приказала она. — Что с рукой?

— Удар нейроплети, мадам. Ничего серьезного, само пройдет, — он сверкнул на нее белозубой улыбкой.

— Ну что ж, хорошо, что медикаменты на вас тратить не придется, — холодно сказала Фиалковская. — Докладывайте.

Улыбка Авилеса стала шире. Он не раз пытался «обаять» ее так же, как Альму Баррера или девицу из экспресса, и безуспешность этих попыток его не останавливала. Похоже, он считал себя неотразимо привлекательным для любой женщины от восемнадцати до восьмидесяти.

Рассказ Авилеса, конечно, мог бы сильно потрясти более нервного человека. Но за двенадцать лет, которые Фиалковская провела на работе под прикрытием, она привыкла в любой ситуации сохранять невозмутимость хотя бы внешне. К тому же она слишком устала, чтобы кричать, да и толку от криков? Дослушав, прости Господи, «доклад» Авилеса, она некоторое время молчала, разглядывая это существо. В ней росли подозрения, что из Сай Ашерон он не сам сбежал, а его вышвырнули за профнепригодность. Исио вопросительно посмотрел на Марию. Она потерла висок и сказала:

— Не будем обсуждать все произошедшее. У меня есть только один вопрос — вы никак не могли удержаться от попытки убить журналиста в общественном месте?

— У меня были причины, мадам, — ответил Гектор. — Первая — щенок знает меня в лицо, а потому я счел необходимым ликвидировать свидетеля. Вторая — во время шумихи я намеревался незаметно скрыться.