Книга Призрачная свобода, страница 161 – Александра Торн

Лаврова покинула инженерный вагон и направилась в командный. Там Анна Дмитриевна опустилась в кресло за своим терминалом, включила громкую связь и произнесла:

— Экспресс «Бриарей» выходит в восемьдесят четвертый рейс. Двигатель запущен, навигаторы, маршрут готов?

— Да, мадам, — раздался голос Харады по громкой связи. — К отправлению готовы.

— Вперед, — сказала Лаврова.

Огромному змею потребовалось несколько минут, чтобы проснуться. Акс, не отрываясь, смотрел на экран — вот «Бриарей» качнулся, будто потягиваясь, вот с шипением скрылись в пазах силовые рельсы, вот еще раз дрогнул пол — и поезд заскользил прочь из депо, к перрону, навстречу Арке стрим-тоннеля. Длинное темно-синее, в серебряных узорах тело вырвалось под яркое солнце Альмонзеи, и Аксель мог только представить, как слепит чешуя этого монстра глаза всех пассажиров на перроне.

— Благодарю за сопровождение, господа, — сказала Анна Дмитриевна. — Возвращайтесь на свои посты.

— Да, мадам, — нестройно отозвались они. Акс покинул командный пост последним, пропустив вперед Келлермана и Раджива Варму. Ему всегда хотелось продлить этот момент — пока не на ступит второй, не менее восхитительный.

* * *

Акс стоял у иллюминатора и смотрел на опустевший перрон. Вся пестрая, шумная толпа исчезла, словно ее тут никогда не было — пассажиры скрылись в вагонах, последние провожающие на эскалаторах покидали перрон. Еще кое-где виднелись роботы-носильщики, но скоро исчезнут и они. Ничего и никого не должно быть на перроне, когда раскроется Арка.

Конечно, каждый стрим-поезд оснащен оборудованием для того, чтобы открывать мини-Арки самостоятельно — на случай какого-нибудь эксцесса, когда необходимо срочно покинуть стрим-тоннель или, напротив, планету. Но такие поезда как «Трансгалактика 2» всегда пользовались только Арками на вокзалах, хотя самый современный стрим-гейт был установлен в локомотиве.

Наступила тишина. Через несколько секунд ее нарушил громкий щелчок, с которым из-под перрона по обеим сторонам показались экранирующие щиты. Они сверкали в лучах солнца, как металлические крылья. Акс, прикрыв глаза ладонью от солнечного и отраженного света, смотрел, как они поднимаются ввысь и смыкаются над крышей «Бриарея», образуя непроницаемую для энергии и излучения броню.

Экспресс на мгновение окутала тьма, в которой вскоре раздался приглушенный гул, а затем впереди на Арке вспыхнули огни, похожие на венок из драгоценный камней. Арка низко гудела, набирая мощь — огромное кольцо, на четверть уходящее под землю, светилось все ярче, оплетенное тысячей огней. От усиливающегося гула по бортам экспресса пошла слабая вибрация, зазвенела чашка на столе Фонтейна.

В центре кольца появилась первая вспышка.

Одна за другой они загорались в Арке и скручивались в яркой воронке, пока не заполнили все ее пространство. А затем словно кто-то отдернул занавес — воронка отхлынула к Арке и опоясала ее горящим золотым кольцом. Перед Аксом раскрылся стрим-тоннель — прозрачный и плотный, черный и многоцветный, неподвижный и все время движущийся, лишенный света и озаренный мириадами огней. Каждый раз Фонтейн смотрел в него, пытаясь понять, но потом никогда не мог описать, что же он там видел.

«Бриарей» сорвался с места и ринулся к Арке. Едва локомотив влетел в горящее кольцо, как исчез, словно растворился в стрим-тоннеле — а за ними все вагоны, один за другим. Арка стремительно неслась навстречу Фонтейну, ее огни ослепляли, и когда она оказалась так близко, Акс не выдержал и зажмурился. Иллюминаторы скрылись за защитными экранами. Миг темноты — а потом по всему вагону зажглись лампы дневного света.