Книга Призрачная свобода, страница 65 – Александра Торн

— В какую больницу вы обратились?

— В четырнадцатую, — Агилар завернул тесто в пленку и сунул в холодильную камеру, выбрав режим экспресс-охлаждения.

Сердце Фонтейна екнуло.

— Почему именно в четырнадцатую?

— Потому что я живу рядом, — взгляд кондитера на миг стал пронизывающе-острым, словно это он допрашивал Акселя, а не наоборот.

«Допустим», — недовольно подумал Фонтейн, проверив адрес по досье, и спросил:

— Зачем вам столько лицензий на оружие? Неужели работа кондитером настолько опасна, что вам приходится продлевать лицензии на частный сыск и снайперскую винтовку класса МСН-11?

— О, лицензии! — кондитер достал тесто, выложил на присыпанную мукой доску и принялся раскатывать вручную, скалкой, как Ференц. Это не все повара умели делать. — Считайте, что это мое хобби и ностальгия по прекрасным временам в Виллере. К тому же глупо оказываться от того, что вам однажды уже дали просто так.

Агилар вырезал формочкой четыре кусочка из теста и отправил их на противень в духовку, на 160 градусов, а сам тем временем принялся топить пластинки желатина в воде.

— Расскажите о Виллере. Что за климат, кто были сослуживцы, с кем сдружились. Может, имелась даже местная красотка, скрашивающая тяготы службы?

— Если вы дадите мне свою почту, я пришлю вас список сослуживцев. А что до красавиц, — кондитер сверкнул на Фонтейна белоснежной улыбкой, — то у меня их было так много, что я не могу вспомнить всех даже за последний год.

— Виллер, — повторил Фонтейн. — Вы сидели там семнадцать лет, хотя могли попросить о переводе. Расскажите что-нибудь об этом славном местечке.

— Там выпекают сладкие булочки из кукурузной муки и подают отличные стейки в заведении под названием «Черный бык», — Агилар взял пакет пюре из мякоти кокоса, пузырек лимонного сока и немного сахара, смешал все это в сотейнике и поставил на огонь. — А еще там есть ядовитая колючка торниоза, которая прорастает сквозь асфальт и бетон, так что нас регулярно сдавали в аренду местным властям, чтобы помочь с выжиганием этой дряни. Из корней торниозы гонят наркотик, который в виде порошка продают из-под полы в каждом втором баре и на каждой первой улице.

Все это время он помешивал смесь в сотейнике, а потом высыпал туда сахар и порошок, на пачке которого была надпись «Яблочный пектин». Фонтейн не знал, что это. Видимо, что-то съедобное. Когда смесь нагрелась, Алигар размешал ее и вылил в форму, которую отправил на экспресс-заморозку.

— Как звали командующего базой? — спросил Акс.

— Майор Лейтман.

— Отличный человек, не так ли?

— Конечно, — безмятежно отозвался Агилар, смешивая в миске два сорта сливок. — Редкостный сукин сын, а так, разумеется, отличный.

— Что вас заставило стать кондитером? — поинтересовался Фонтейн. Агилар вскинул на него удивленный взгляд, не переставая взбивать сливки на фриз-плитке:

— В каком смысле — заставило?

— У вас есть лицензии на ношение оружия, охранную деятельность, частный сыск, неплохая характеристика после увольнения. Почему вы не предложили свои услуги охранным агентствам или службам безопасности?

— Потому что не захотел.

— Что значит — не захотели?

— То и значит. Не захотел. И никогда не хотел. Я не просил делать меня снайпером. Это был просто срок, который мне пришлось отбыть, чтобы заняться тем, чем хочется, — кондитер разбил четыре яйца, последовательно отделяя белки от желтков.