Книга Призрачная свобода, страница 73 – Александра Торн

— То Шуфрир — самое ценное, что они забрали из центра. Это не просто свидетель, а человек, который лично занимался легализацией эмбрионов с ферм.

— И делал это так хорошо, — процедил принц, — что я до сих пор не могу понять, как отличить легализованные эмбрионы от обычных с патологиями.

— За это ему и платил ваш отец. И Корпорация тоже.

АльНилам уперся локтями в колени и уткнулся подбородком в сцепленные пальцы. Мурад вполне мог понять ход его мыслей. Тот, кто вытащит это на свет, нанесет по «МТ» двойной удар такой силы, что Корпорация рискует повторить судьбу «Арс Механы». Массовое выращивание эмбрионов на подпольных фермах — это, конечно, не то же самое, что Катастрофа 36 года, но…

— Всем плевать, — вдруг сквозь зубы сказал вад-принц. — Плевать на этих детей, на то, что с ними делают, откуда берутся существа в таких количествах… все дело во власти и деньгах. Вот ради этого, ради того, чтобы свалить Корпорацию и поделить невероятно богатую добычу, кто-то решил, что у нескольких семей можно просто взять и отнять их детей.

Мурад положил руку ему на плечо.

— Если бы я мог это прекратить, — прошептал Ирфан, — я бы кричал с каждой площади о том, что со мной сделали. Каким меня сделали. Но это ничего не изменит. Просто придут другие рабовладельцы, и все.

Якзан прижал его к себе. Эти мысли тревожили и мучали Ирфана, и Мурад всегда старался отогнать их. Но как заставить его забыть…

— Просто борьба пауков в банке, — вад-принц склонил голову на плечо Мурада. — А мой отец посылает меня подтирать это дерьмо за ним и его дружками из Корпорации. И я все делаю, потому что до смерти его боюсь, — он сжал руку Мурада. — Боюсь за тебя и твою семью. Но если когда-нибудь у меня появится шанс…

— От вас потребуют доказательств, эфенди, — быстро сказал Мурад, проклиная себя за то, что не успел отвлечь его от этих мыслей. — А мы больше не знаем, где они. Может, ваш отец их уничтожил.

— Я — сам по себе доказательство, — резко ответил Ирфан. — Я могу предъявить себя и потребовать, чтобы меня публично допросили эпсилон-существа. Но этого недостаточно, это косвенные улики, всего лишь воспоминания шестнадцатилетнего мальчишки. Еще и после… после… — его плечи дернулись под рукой Мурада. Якзан обнял его крепче.

— Отец всегда может сказать, что я просто помешался после этого, — прошептал Ирфан. — Но уничтожать доказательства он не станет, нет, только не после того, как их хранили столько лет. Отец прекрасно знает, чем шантажировать Корпорацию, знает, что хоть это оружие и нацелено в обе стороны, только благодаря ему султанат хоть как-то сохраняет крохи независимости.

— Но если бы ты снова нашел их, Ирфан, неужели ты бы опять рискнул…

— Ради тебя, — Ирфан поднял на него глаза, и от этого взгляда сердце Мурада сжалось от боли. — Чтобы освободить тебя. Если я сделаю это, то только для того, чтобы освободить… нас.

В дверь постучали. АльНилам отпрянул от якзана, поспешно натянул на лицо платок и крикнул:

— Войдите!

В кабинет вошла Джемма. Вид у девушки был весьма озадаченный, хотя она старалась сохранять невозмутимое выражение лица.

— Результаты проверки готовы, эфенди. Я отослала их на вашу почту, но…

— Но?

— Там что-то странное, — сказала Ночная Птица. — Один генокуб действительно принадлежит Фиалковской, — она вытряхнула на ладонь оба кубика из флакона. — На него Аль Керим нанес синюю отметку. А вот второй куб — чужой. То есть не совсем чужой, это генокуб родственника Фиалкковской.