Книга Зловещие топи, страница 216 – Виолетта Орлова

— Нет, это все ложь! – возмущенно воскликнул Артур, желая оправдаться, но управляющий так злобно посмотрел на него, что у того душа ушла в пятки. В этом месте, увы, правда была не на его стороне.

— Пресветлый господин, чьи очи подобны прекрасному бархану в пустыне, наш работник наверняка сделал это не намеренно. Мы тотчас же попросим его извиниться, да, Тахир? Немедленно извинись перед господином Мурджаном!

Но Мурджану по прозвищу Мясник явно хотелось чего-то большего. Он мстительно сверкнул глазами.

— Ваш мальчишка по недосмотру едва не убил моего раба. Это слишком серьезный проступок. Одних извинений будет недостаточно.

— Чего же вы желаете в таком случае?

Артур сделал неуверенный шаг назад. Он сердцем почуял страшную беду, которая вот-вот должна была обрушиться на его голову. Но, конечно, он не успел никуда убежать, ведь с двух сторон к нему из кальянного дыма подскочили рослые вооруженные армуты, по обыкновению следившие за порядком в Дромедаре.

— Вы прекрасно знаете правила. Пусть ему отрубят кисть на правой руке! – со злодейской усмешкой воскликнул Мясник, а глаза его в этот момент словно бы заволоклись мутной пеленой. Услышав только сей несправедливый приговор, Артур принялся бешено вырываться, началась потасовка, а зеваки лениво приподнимались со своих подушек, чтобы поглазеть на столь неожиданное представление. Тогда, чтобы утихомирить взбунтовавшегося пленника, один из армутов несколько раз довольно сильно ударил юношу по лицу рукоятью плети, на секунду оглушив и лишив способности к сопротивлению, после чего грубо рванул рукав рубахи, оголяя кисть руки.

— Принесите топор!

Кровь стучала в висках Артура, подобно кузнечному молоту, а от страха его замутило. Бедняге даже почудилось, будто произошло землетрясение, а между тем ничего особенного не происходило.

— Вы хотите свершить правосудие прямо здесь, господин Мурджан? – заискивающе поинтересовался управляющий, в своем уме перебирая, что будет выгоднее для репутации ресторана: показать гостям экзотическое представление, либо же, напротив, сделать все по-тихому. Но жестокие посетители, судя по всему, алкали зрелищ, поэтому ответ пострадавшей стороны весьма удовлетворил управляющего.

— Пусть мальчишке отрубят кисть на моем столе, – с безобразным равнодушием проговорил господин Мурджан. – Это, несомненно, послужит ему уроком.

Артура грубо повалили на колени, одну его руку скрутили за спиной, другую положили на стол. В совершенном отчаянии юноша смотрел по сторонам, пытаясь отыскать лазейку, которой не было. Вероятно, в его расширенных от ужаса зрачках читалась немая мольба о помиловании, ибо господин Мурджан, пристально наблюдавший за ним все это время, удовлетворенно улыбнулся и облизнул губы. Распознав только его отвратительную радость, Артур разозлился. Он стиснул зубы и вызывающе вскинул голову, показывая тем самым, что ни за что не будет унижаться и просить о снисхождении, тем более что это все равно стало бы бесполезным делом. Раб, сидевший по правую руку от своего жестокого господина, с искренней жалостью взглянул на Артура. Единственный сочувствующий человек, который в данный момент был на его стороне.

Принесли тяжелый длиннодревковый топор; палач картинно помотал им в воздухе, как бы привлекая внимание посетителей, которые ради такого дела отложили в сторону столовые приборы и сосредоточили свое внимание на происходящем. Казалось, они не вполне осознают, что это не шуточное представление, а жестокая расправа над живым человеком.