Книга Янтарная гавань, страница 150 – Виолетта Орлова

— Что будем делать? – прошептал Тин Даниелу. Они в настоящий момент были единственными, кто мог дать хоть какой-нибудь более-менее существенный отпор. Однако до смерти испуганный Даниел молчал, не в силах даже ответить. Его лицо все было покрыто испариной от дикого ужаса.

— Возьмите карту, – посоветовала им Шафран, протягивая клочок бумаги Даниелу. – Все-таки это возможность, которой не стоит пренебрегать. Кстати, вы можете уже двигаться к спасению! – весело проговорила она и, как бы в подтверждение своих слов, выпустила в воздух длинную стрелу, которая с ужасным свистом пронеслась мимо них и врезалась в дерево. Даниел, словно по сигналу, тут же неуклюже, не привыкший перемещаться на четвереньках, бросился подальше от Шафран; безумная девушка так напугала его, что ему виделось спасение где угодно, но только подальше от нее. Тин последовал за приятелем, надеясь, видимо, как-то образумить его.

— У них карта! – лукаво улыбнулась Шафран, посмотрев на остальных. – Если не поторопитесь, останетесь здесь навсегда. – Давай, теперь ты, – с этими словами она грубо подтолкнула ногой Тэнку. Увидев, что та медлит, оглядываясь на Артура, Шафран направила стрелу на Диану. – Ты же не хочешь, чтобы я ее подстрелила на твоих глазах?

Тэнка всхлипнула и побежала на четвереньках, чувствуя невероятное унижение от своей слабости. Тиллиту погнали следом за ней. У палатки остались только Артур и Диана. Инк же по-прежнему находился в беспамятстве.

— Разве вам нужно особое приглашение? – удивилась Шафран. Артур со свистом выдохнул из легких воздух и попытался встать на колени, однако боль была такой сильной и острой, что он застонал и вновь беспомощно завалился на снег. Диана в панике кинулась к нему, но что она одна могла сделать!

— Клянусь, если ты не переборешь себя и свою слабость, то я пристрелю вас прямо здесь. Не как волков, но как обычных деревенских индюшек! – с угрозой проговорила Шафран, начиная сильно раздражаться. Диана попыталась помочь другу подняться, но он и сам, стиснув зубы, сделал это. Страх за подругу был такой силы, что юноша, казалось, мог совершить в эту минуту невозможное. Медленно, словно раненое животное, он стал отползать от Шафран, которая с жестокой улыбкой наблюдала за их перемещениями. Было видно, что весь процесс игры доставляет ей огромное удовольствие.

Шафран вполне олицетворяла в себе пример того, что иногда происходит с людьми, одержимыми какой-либо идеей. В целом, сама идея может быть неплохой, даже благочестивой, но именно это фанатичное следование ей и является, по существу, ошибочным. Любой фанатик страшен в своем безумии, как и любое страстное рвение следовать чему-то, а особенно, если в основе этого рвения лежит слепая вера без любви и рассуждения. Все это является губительным для любого человека, ибо любовь к ближнему все же превыше всякой мысли или же идеи.

Диана, как могла, старалась поддержать юношу, однако она была слишком слаба, чтобы тащить его на себе. Когда они, ужасно медленно, добрались до края поляны, где находился их лагерь, а впереди уже замелькали густые сосны, Артур замер на месте, пытаясь отдышаться.

— Они, видимо… сломали… мне ребро… – с огромным трудом произнес он. – Каждое движение причиняет мне боль, и я.… не могу… идти дальше.