Книга Янтарная гавань, страница 338 – Виолетта Орлова

— Ах, Тин, ничего безопасного тут нет, запомни это раз и навсегда. Но умереть от жажды я не хочу. Надеюсь, меня ждет более привлекательная смерть. – С этими словами Даниел плюхнулся на колени и с жадностью припал губами к воде. В этот момент он напоминал грациозную дикую антилопу, пришедшую напиться у водопоя. – Вкусно! – весело проговорил он. – Немного даже сладковата, попробуй!

Тин немедленно последовал совету приятеля. Синяя вода, как, впрочем, и любая другая на ее месте, вполне справилась со своим главным назначением – она утолила жажду двух отчаявшихся путников.

— Может, мы не умрем? – с надеждой вопросил Тин у своего бодрого друга, но тот лишь беспечно махнул рукой.

— Даже и не думай, непременно умрем. Но главный вопрос – когда?

— Мы отыскали источник пищи и воды. Теперь остается позаботиться о достойном ночлеге, не так ли?

— Согласен, дружище. До темноты следует отыскать убежище. Но мне бы хотелось сперва осмотреть остров. Хотя, с чего, собственно, мы взяли, что это остров? Только со слов Грызуна?

Тин поднялся на ноги и задумчиво вытер мокрые руки о свои замызганные штаны.

— Ты знаешь, Дан, я вдруг понял, что ненавижу его. Он противен мне до крайности. Все его дикие манеры, постоянное тупое выражение лица, невыразимая жестокость, а еще то, как он расправился с Артуром на крысиных боях…

Даниел кивнул головой, показывая тем самым, что соглашается со своим приятелем.

— Вот честно, не могу представить, почему такой человек выжил, в то время как сам Артур… Кирим… Диана… Все наши друзья… – Тин резко замолчал, испугавшись, что непременно заплачет. Впрочем, настоящие мужчины не плачут, как обычно говорят.

Даниел расстроенно склонил голову.

— Нет такой статистики, согласно которой выживали бы исключительно хорошие люди, Тин. Может, как раз, подобным Грызуну дается шанс исправиться, как знать?

— Думаешь, нам следует вернуться за ним и сказать, что мы нашли источник питьевой воды? – странным надтреснутым голосом поинтересовался Тин. Даниел тяжело вздохнул.

— Да, конечно, должны. Это будет честно и хорошо с нашей стороны.

— Ты прав, старина, – вслед за ним вздохнул Тин. Затем ребята, не сговариваясь, направились вглубь фиолетовой чащи, будто бы немедленно позабыв о своем разговоре, равно как и о том, что вернуться за Грызуном было бы хорошо и честно с их стороны.

Долгое время путники шли молча, руками отмахиваясь от назойливой листвы, которая непременно желала замедлить их продвижение. От ярких красок начинало рябить перед глазами, от усталости заплетались ноги, а живот отчаянно требовал продолжения банкета. Причудливые деревья вырастали прямо из фиолетового песка, из податливой рассыпчатой почвы, смешанной с сосновыми иголками. Тишина стояла почти неестественная; она нарушалась лишь сопением Тина и приятным шуршанием песка под ногами.

Совесть пришла за своими жертвами незаметно. Сперва, как это часто бывает, она деликатно постучалась в их спины, словно в закрытую дверь, вежливо ожидая, что рано или поздно ей отворят. Затем, однако, вежливый стук перешел в надсадный скрип; теперь уже бедным ребятам казалось, что некто неторопливо идет рядом с ними и специально, чтобы их раздразнить, водит длинными когтями по стеклу, издавая при этом характерный мерзкий звук. Тин первый не выдержал эту пытку.