Книга Янтарная гавань, страница 558 – Виолетта Орлова

— Мое имя Фикуция Бей, и я тоже готова дать показания!

В зале вновь ахнули, поскольку дело принимало неожиданный оборот. Казалось, решительно все обстоятельства собрались на стороне подсудимого. Удача сопутствовала ему; многие его поддерживали, а те факты, на которых строилось обвинение, разлетались как дым. Присяжные были целиком и полностью на стороне благообразного юноши, тем более после дальнейших показаний свидетелей.

Сперва выступили господа Фуки, которые подтвердили слова сына, добавив от себя также, что подсудимый является законопослушным и добропорядочным. Потом было свидетельство Дейры Миноуг, которая специально по случаю судебного разбирательства прилетела в Беру на своем единороге. Артур не ожидал, что строгая директриса будет на его стороне. Ему думалось, что злопамятная женщина вряд ли простит его.

Однако он напрасно так считал. Дейра, конечно, могла сколько угодно обвинять его в глубине своей души, но публично она заявила совсем другое.

— Этот мальчик, – начала она высоким строгим голосом, – один из лучших моих учеников. Он – прирожденный всадник! Целый год я наблюдала за его успехами, и могу с абсолютной твердостью заявить – молодой человек отличается самыми хорошими качествами; он скромен, трудолюбив, честен и вежлив. Ни один учитель не жаловался на него. Признаюсь, у нас были с ним некоторые разногласия, в один момент мальчик действительно ушел из школы. Но здесь я хотела бы пояснить – о своем уходе он предупредил меня заранее, как сделал бы любой другой порядочный человек на его месте. Я, конечно, не была осведомлена о других учениках; это явилось для меня неприятным сюрпризом, особенно когда я стала получать от родителей письма по голубиной почте. Я действительно считаю, что остальные школьники должны были бы уведомить о своем поступке, так как в противном случае они просто подставили меня. Да, Даниел, я никогда не ждала от тебя такой подлости, – последнюю фразу директриса произнесла нарочито печальным голосом и посмотрела в упор на несчастного Даниела Фука, который тут же густо покраснел, подобно переспелому помидору. – Но со своими учениками я бы предпочла разобраться самостоятельно. Сейчас же мы судим одного из них, и я бы хотела сконцентрироваться на деле, – добавила женщина.

— Госпожа Дейра Миноуг, вы желаете принять школьников обратно, несмотря на то, что они, не сказав никому, покинули Троссард-Холл? – вмешался вдруг адвокат, который до сей поры вел себя тихо и не задавал никаких вопросов, что, кстати, выглядело немного странным. Впрочем, беруанцы были уверены, что у господина Феликса Никтоя имеется своя тактика, которой он предпочитает придерживаться. Дейра с легким оттенком презрения покосилась на мужчину.

— Конечно, я возьму их обратно. Если, разумеется, родители не будут против. Я найду способ наказать их за произвол, но лишать свою школу настоящих талантов мне, откровенно говоря, совсем не хочется.

— Моего клиента вы тоже готовы будете принять обратно? – уточнил адвокат.

— Разумеется. И его – даже в первую очередь.

— Но позвольте, – вмешался дотошный прокурор, который не собирался во всем соглашаться с достопочтенной Дейрой. – Ваши ученики добровольно сбегают из школы, а вы, мало того, что не уследили за ними, так еще и готовы простить их и принять обратно? Не вижу логики в ваших решениях. Вы несете ответственность за детей перед родителями и не должны проявлять подобную, на мой взгляд, небрежность. Как вы это объясните?