Книга Говорящие кости, страница 237 – Кен Лю

Луан Цзиаджи, побуждаемый стремлением отомстить ксанскому тирану за свою семью, был в числе первых, кого заинтересовали возможности летательных аппаратов тяжелее воздуха. Досконально изучив полет воздушных змеев, он вычленил принципы, благодаря которым те держались в небе. Как выяснилось, привязывающая змей к земле бечевка имела определяющее значение в создании подъемной силы, которая не позволяла конструкции упасть. Она обеспечивала разворот змея против ветра, а поток обтекающего крылья ветра поднимал его.

На базе этих принципов и наблюдений за полетом птиц был изобретен змей, не имеющий привязи. Крылья, приводимые в движение мускульной силой человека, перемещали машину вперед, а также создавали подъемную силу, возникающую в результате действия воздушных потоков, обтекающих поверхности крыла. Беспривязный змей не претерпел значительных усовершенствований со времен самой первой модели, использованной при покушении на жизнь тирана Мапидэрэ, и Луан впоследствии передал секрет изобретения своей любимой ученице Дзоми Кидосу.

После того как Дара, лишившись озера Дако, утратил вместе с ним и единственный свой ресурс подъемного газа, имперские ученые обратили взоры на военный потенциал аппаратов тяжелее воздуха. Правда, последующее открытие навозного газа как альтернативы тому, что добывали в Дако, положило конец этим исследованиям. Однако когда Фиро задумал свою освободительную кампанию, Дзоми поделилась знаниями о беспривязном змее с Рати Йерой и ее друзьями в надежде, что участники Цветочной банды, взглянув на проблему свежим взглядом, сумеют найти применение этим новым машинам: неплохо бы придумать нечто такое, что сведет на нет преимущество льуку.

Поначалу Рати Йера выдвинула план создать беспривязного змея размером с гаринафина, в качестве прямого ответа этим самым гаринафинам. Хорошо защищенный и оснащенный мощным оружием, этот механический гаринафин тяжелее воздуха бросит вызов крылатому зверю из крови и плоти, – так при нападении на Большой остров во время войны Хризантемы и Одуванчика механические крубены заменили Куни Гару живых.

Но Фиро почти сразу отбросил эту идею. Создание подобного механического чуда требовало долгих лет опытов и изысканий, и, даже если со временем удастся сконструировать нечто работоспособное, у них попросту не хватит ресурсов, чтобы наладить производство.

— Не взять ли нам за основу менее амбициозный вариант плана, построив множество беспривязных змеев размером с человека? – спросил Фиро. – Ну, как это поначалу задумал Луан Цзиаджи.

— Машина мастера Цзиаджи представляла собой скорее планер, чем настоящий летательный аппарат, – пояснила Рати Йера. – Знаете, в чем заключается самая серьезная проблема созданного им прототипа, которую не смогли разрешить даже в Императорских лабораториях? Необходимо постоянно затрачивать силу, чтобы обеспечивать поступательное движение и набирать высоту. Мускулы человека едва ли способны поддерживать в воздухе саму эту конструкцию, не говоря уж о весе брони или оружия.

Фиро понимал, что, с учетом малой подъемной силы этих машин, они пригодны разве что для высадки абордажных партий на вражеских гаринафинов. Подобная тактика была использована десять лет назад кораблями-призраками Гин Мадзоти для самоубийственных атак против крылатых зверей. Но то был крайний случай, жест отчаяния. Молодой император считал неприемлемым так бездумно разбрасываться жизнями немногочисленного отряда бойцов в ходе освободительной войны. Он побуждал Рати продолжать работать над проблемой. Интуиция подсказывала ему, что аппараты тяжелее воздуха способны сыграть важную роль в предстоящей борьбе.