Онлайн книга «Говорящие кости»
|
— Что конкретно ты предлагаешь сделать? – ледяным тоном перебила ее Танванаки. – Воссоздать Лангиабото и взойти на дырявый костяной плот, чтобы атаковать флот вторжения, взывая к имени моего отца? Тебя устроит, если я прикажу всем в этом шатре упиться кьоффиром и обкуриться тольусой, чтобы, оказавшись в мире грез, они оседлали последних наших гаринафинов? Ты и впрямь веришь, что дух льуку способен волшебным образом сделать нас неуязвимыми для летящих на свет снарядов дара? Посмотри на вещи трезво, Кутанрово. И объясни, чего ты хочешь. Кутанрово обвела взглядом шатер. Столь многие из ее старых товарищей погибли, покоряя эту проклятую землю, а оставшиеся в живых были слишком стары либо слишком молоды. Завоевательная армия, которую привел на эти острова пэкьу Тенрьо, уменьшилась с тех пор в десять раз, и слишком многие из детей воинов были тогатенами, которых ослабила примесь туземной крови. На миг сердце у нее заныло от отчаяния и тоски. «Если бы только пэкьу прислушалась ко мне раньше. Если бы Танванаки посещала наши духовные собрания и вкушала тольусу вместе с моими воинами. Если бы ее не ввели в обман этот слабак-наложник и не верящая в победу отступница Гозтан!» Однако Кутанрово оставила эти горькие мысли при себе. Она выпрямила спину и гордым шагом направилась к пэкьу. — Я вовсе не ратую за бессмысленное самоубийство, вотан. В нашем распоряжении имеются еще тысячи туземных воинов, которые с охотой станут сражаться за нас: одни предали Трон Одуванчика и понимают, что в случае победы дара разделят нашу судьбу; другие так свыклись с плетью, что сделались арукуро токуа, послушными раковинами, лишенными собственной воли… Танванаки прервала эту страстную речь, залившись смехом. Она смеялась долго и горько, а потом без обиняков заявила: — Ты идиотка! Твоя идея внушить местному населению покорность посредством запугивания, поначалу, может, и имела свои достоинства, но ты зашла слишком далеко. Ты снесла города и храмы туземцев, осквернила могилы их предков и святыни, обратила плодородные поля в иссушенные ветрами пустоши, истребила десятки тысяч человек непосильной работой и бессмысленными казнями. Ты не оставила этим людям надежды, что покорность способна улучшить их судьбу! Однако Кутанрово упрямо стояла на своем: — У них и не должно быть надежды. В этом весь смысл. — Нет, ты не оставила им надежды на нас, – отрезала Танванаки. – Как думаешь, что произойдет, когда ты выведешь туземцев на поле боя и они увидят надежду во вторгшейся в Укьу-Тааса армии Дара? А что до имперских войск, предавших Трон Одуванчика и сдавшихся нам, то как ты думаешь, почему Фиро отпустил туземцев из вспомогательных войск вместе с воинами-льуку с острова Полумесяца? Он дает таким образом понять, что готов простить их… — Ну так надо отнять у них эту надежду, – возразила Кутанрово. – Вотан, ты напрасно боишься, что туземцы взбунтуются. Это исключено: вспомни, как вели себя рабы, добровольно погибшие на острове Полумесяца. Давайте усилим нашу армию туземными рабами в возрасте от двадцати до шестидесяти лет и обеспечим их преданность, собрав их семьи в ямах смерти. – Голос ее становился все громче и громче, пока не сделался надтреснутым. – Если этот щенок Фиро вторгнется в Укьу-Тааса, его армии придется заплатить страшную цену за каждую пядь земли. Пусть в обмен на каждого захватчика умирают десять рабов! Таким образом они станут просто истреблять друг друга. Мы никогда не сдадимся! Мы будем сражаться на морском побережье и в полях, среди лесов и в разрушенных городах, за реками и в горах… |