Книга Пустующий трон, страница 61 – Кен Лю

Тооф был обескуражен и не знал, что делать. Подобное непослушание со стороны хорошо обученного и опытного боевого гаринафина было просто неслыханным. Его прежние ездовые животные не вели себя так даже в кровавых битвах, когда воздух наполнялся запахом горелой плоти, а гаринафины падали с небес огненными метеорами.

— Тана, как и мы, устала и растерялась, – сказала Радия. По опыту она как наездница лишь немного уступала Тоофу. – В таком состоянии даже безобидные шелковые тигры могут напугать. Бедняжка совершенно запуталась и вдобавок выбилась из сил.

Тооф посмотрел на Радию и понял, что разведчица права. После года странствий по бескрайнему океану вся команда льуку здорово устала. Люди давно уже не видели ничего, кроме сушеного мяса и затхлой воды. Такой рацион не утолял голода, не придавал сил. Кожа да кости – так можно было теперь охарактеризовать экипаж города-корабля. Даже в этом коротком простом полете у самого Тоофа началась одышка, а Тане приходилось и того хуже. В целях экономии пищи взрослых гаринафинов держали на колючках и сене; нормы потребления у них были не менее строгими, чем у людей. От такой диеты животные были здорово истощены и не могли накапливать газ, необходимый для продолжительных полетов. Из трех взрослых боевых гаринафинов, находившихся на корабле, два вовсе не могли подняться в воздух, а Тана взлетела с палубы настолько неуверенно и под таким неудачным углом, что команда испугалась, как бы им всем не упасть в море. Почти все время путешествия гаринафины сидели в трюме, их лишь несколько раз выводили на палубу для прогулки. Сегодня Тана впервые за год получила возможность расправить крылья. После гибели флотилии льуку, да еще и на незнакомой территории, гаринафин мог даже потерять рассудок. Немудрено, что Тану напугали шелковые тигры.

— Возвращаемся, – решил Тооф. – Иначе Тана не выдержит.

— Наку не понравится такое оправдание.

— Порадуем Наку известием о том, что корабли варваров движутся медленно, а потому в открытом море он легко их настигнет.

Гаринафин описал над флотилией еще один широкий круг и полетел назад, к городу-кораблю. Когда силуэт крылатого зверя скрылся вдали, экипажи кораблей Дара вновь разразились радостными криками. Они благополучно миновали Стену Бурь, а потом еще и прогнали гаринафина: такое событие надо было отпраздновать.

Вечером на борту «Прогоняющей скорбь» закатили настоящий пир. Офицеры со всех кораблей собрались на палубе флагмана, чтобы отведать свежей рыбы, крабов, теплого рисового пива и охлажденного сливового вина. Закололи нескольких баранов, и принц Таквал лично проследил, чтобы их зажарили, как принято у степного народа. Согласно рецепту мясо полагалось готовить без специй, лишь с морской солью (каковой у них имелось в избытке) и каплей сока тольусы (которого у них не было вовсе).

Несколько офицеров держались особняком, по-прежнему не доверяя Таквалу, но большинство охотно подошли к пылающей бронзовой жаровне, над которой жарилась баранина, и приняли угощение от принца агонов. Таквал показал всем, как нужно есть это блюдо: без палочек, голыми руками отрывая сочные куски. Вскоре все с улыбкой смотрели на свои блестящие жирные пальцы.

— Знаш, че тут не хвата? – с набитым ртом пробубнила Типо То, командор морских пехотинцев, плывущих на «Прогоняющей скорбь». Ей хватило такта дожевать сочное мясо, прежде чем продолжить. – Салата из обезьяньих ягод и ледяной дыни. У нас в деревне на острове Волчья Лапа это коронное блюдо.