Онлайн книга «Стена Бурь»
|
— Неужели ты всегда думаешь только категориями «мы против них»? Ты никогда не пытался опираться на собственные чувства? — Что вы хотите сказать? Танванаки посмотрела ему прямо в глаза: — Я ведь нравлюсь тебе, да? Тиму вспыхнул. В очередной раз прямота этой женщины-льуку смутила и потрясла его. Ни одна притча или афоризм Кона Фиджи не подсказывали, как следует вести себя в такой ситуации. — Я… я… — Если хочешь уйти – уходи. Но сначала выпей со мной немного кьоффира. Им подали мех с крепким напитком из перебродившего молока гаринафинов. Тиму никогда прежде его не пробовал, но знал, что это питье не по нутру большей части обитателей Дара. Он уже собирался отказаться, но… — Неужели ты так ненавидишь мой народ, что откажешься выпить со мной по глоточку? Мы угощаем кьоффиром лишь тех, кого уважаем. Танванаки смотрела на него наполовину с вызовом, наполовину шутливо, и это подтолкнуло юношу к решению согласиться. Ему не хотелось, чтобы принцесса плохо о нем думала. «Вся наша жизнь – это эксперимент. Разве не так всегда говорил отец?» От напитка исходил резкий запах, но, отпив несколько глотков, Тиму быстро привык к нему. Кьоффир не походил на вино или пиво, но имел свои достоинства. Вкус не был неприятным, и юноша решил выпить, сколько сможет, чтобы не уподобляться надменным людям с кораблей адмирала Криты. Он ведь благовоспитанный принц, ученый с оригинальными идеями. Тиму прикончил чашу, и в голове у него загудело. — Среди льуку добрым друзьям полагается разделить три чаши кьоффира, прежде чем расстаться, – сказала Танванаки. Ее лицо плыло у юноши перед глазами, все вокруг двигалось и никак не могло остановиться. — Ничто не порадует меня больше… чем… чем считаться добрым другом принцессы, – ответил Тиму. Онемевший язык отказывался повиноваться его воле. Танванаки вновь наполнила обе чаши и осушила свою залпом. Потом с размаху опустила ее на стол вверх дном и с вызовом посмотрела на сотрапезника. В желудке у Тиму бушевала буря, но он заставил себя выпить кьоффир. Третья чаша далась еще тяжелее. К тому времени, когда молодой человек ее прикончил, лицо у него пылало. Он попытался встать, но покачнулся и опустился на пол. Принцесса подошла и поддержала его. — Не хочешь ли прилечь и немного отдохнуть? Ты не привык к крепости кьоффира. Тиму смежил веки, наслаждаясь исходящим от Танванаки ароматом цветов и специй, а также теплом молодого тела и солнечного света. А потом провалился в глубокий сон. * * * — Я не думаю, что… что это правильно, Танва… принцесса Вадьу! — Разве ты не хочешь? — Хочу… я хочу… — Тогда это не может быть неправильно. — Существуют подобающие обряды, которые… должны быть соблюдены… — Чш-ш, я их как раз и соблюдаю. — Я себя не чувствую. Я не… я не думаю… — Твоя беда в том, что ты слишком много думаешь. Позволь своему телу думать вместо тебя. — Нет, прошу тебя. Прекрати, пожалуйста. Не надо… — Я знаю, что на самом деле ты не хочешь, чтобы я перестала. Твой язык говорит одно, а тело стремится совсем к другому. Перестань обманывать себя, принц Дару. Позволь своему телу выразить правду. * * * Тиму проснулся, чувствуя себя полностью опустошенным. Он огляделся и понял, что находится внутри большого шатра и лежит на мягкой постели из шкур. Услышав шорох, он повернулся. Танванаки сидела перед зеркалом, расчесывая волосы гребнем из слоновой кости. Она уже переоделась в традиционный наряд льуку. |