Книга Хроники Менталиста 3, страница 68 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Откуда он знает о характере Кристи? Сколько времени он за нами следил? И где она сейчас?

— Подумай хорошенько, — произнёс Никонов, видя моё замешательство. — Я даю тебе время до утра. Но знай: моё предложение — твой единственный шанс выжить в этом городе. И не просто выжить, а стать тем, кем ты должен быть по рождению. Сильным. Влиятельным. Уважаемым.

Он протянул руку, словно для рукопожатия, но остановился в нескольких сантиметрах от моей.

— Что скажешь, Матвей Северов? По рукам?

Я смотрел на протянутую руку Никонова, чувствуя, как каждая мысль в моей голове кричит о ловушке. О цене, которую придётся заплатить. О том, что я собираюсь продать не просто свои услуги — а самого себя.

И всё же…

Имперские агенты… Корсаков, жаждущий мести… Вихрь, которого я унизил на глазах у всего высшего общества… Деньги, которые рано или поздно закончатся. А потом… что потом?

Вечное бегство. Постоянный страх. Взгляды через плечо, ночи без сна, заколоченные окна и запасные выходы. Сколько раз нам с Кристи приходилось бросать всё и исчезать в ночи, едва завидев патруль Серых? Сколько раз мы теряли последнее, чтобы сохранить жизнь? И каждый раз след из пепла и крови оставался за нами, указывая путь нашим преследователям. Ни один из побегов не был окончательным. Ни одно убежище — по-настоящему безопасным.

Сколько мы еще продержимся без защиты? Месяц? Два? Ни у меня, ни у Кристи не было иллюзий насчёт того, насколько быстро Империя находит тех, кого действительно хочет найти. Особенно Одарённых. Особенно последнего из Белозерских.

А здесь — шанс. Хрупкий, опасный, с привкусом сделки с дьяволом. Но всё же шанс. Не просто выжить, а жить. Полноценно, с документами, именем, возможностями. С деньгами. С силой. С властью, которую мой род по праву носил в крови.

Конечно, Никонов не предлагает мне всё это из доброты душевной. Он видит во мне инструмент. Может быть, даже оружие. И чем острее и смертоноснее я окажусь, тем больше ему понравлюсь. Чем полезнее буду — тем дольше проживу. И тем больше власти получу.

Неопределённость будущего, пугающая раньше, теперь обретала форму. Жёсткую, зловещую, но осязаемую. Договор с Никоновым — это прежде всего структура. Чёткие правила игры, пусть и порой смертельной. А правила всегда можно использовать. Всегда можно найти лазейки, слабые места, точки, где можно надавить. Выиграть время. Набраться сил. Обрасти связями и ресурсами.

А когда я стану достаточно сильным, когда обрету вес и влияние… тогда можно будет думать о большем. О Ростовском княжестве, например. Гаррет говорил, что там ещё сильны позиции сторонников Белозерских. Что там меня могли бы поддержать. Но не как оборванца с туманными правами на престол, а как могущественного Одарённого со своими людьми, деньгами и репутацией. Того, кто сам стал силой, а не просто унаследовал её.

Это не бегство, а отступление на заранее подготовленные позиции. Не сдача, а временная капитуляция, чтобы потом нанести удар. В конце концов, разве не этому учила меня сама жизнь? Выживать, адаптироваться, ждать подходящего момента?

Мысль о Кристи укололась под сердцем. Что скажет она, когда узнает? Поймёт ли моё решение? Или увидит в нём предательство всего, во что мы верили вместе?