Книга Хроники Менталиста 3, страница 84 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

За его спиной маячили пятеро охранников — здоровенные мужики с каменными лицами и профессионально цепкими взглядами, которые обшаривали каждый сантиметр помещения в поисках возможной угрозы.

— Что здесь произошло? — спросил Никонов, и голос его звучал мягко, но от этой мягкости становилось не по себе — так, наверное, говорят со смертельно больными, которым не хотят сообщать диагноз.

Я обвёл взглядом комнату, делая вид, что пытаюсь собраться с мыслями. Мозг лихорадочно прокручивал придуманную легенду, проверяя её на отсутствие логических дыр.

— Какой-то человек… — начал я, морщась от пульсирующей боли в затылке. — Он был в маске. Ворвался сюда, когда мы с Волковым… разговаривали. Я не успел среагировать.

— И ты не смог его остановить? — в голосе Никонова появились льдистые нотки. — Со своими… способностями?

Он подчеркнул последнее слово так, что оно прозвучало почти угрожающе. Я видел, как его пальцы слегка дёрнулись, выдавая нетерпение и досаду.

— Он был увешан защитными амулетами, как новогодняя ёлка, — огрызнулся я, не скрывая раздражения. Лучшая защита — нападение, и злость в такой ситуации выглядела правдоподобнее страха. — Я пытался его удержать, но… — я показал на затылок, где наверняка уже вздулась знатная шишка.

Один из охранников подошёл ближе и бесцеремонно схватил меня за подбородок, поворачивая голову, чтобы осмотреть рану на затылке. Его пальцы были словно стальные клещи.

— Серьёзно приложили, — констатировал он, обращаясь к Никонову. — Кровь настоящая, рана свежая. На симуляцию не похоже.

Никонов молча кивнул и прошёл к столу, где заметил оставленные Волковым документы. Его пальцы, унизанные массивными кольцами, ловко пролистали страницы, задерживаясь на каждой подписи. Глаза сузились, словно он пытался разглядеть что-то, скрытое от обычного взора.

— Странно, что они не забрали бумаги, — произнёс он наконец, поворачиваясь ко мне с нечитаемым выражением лица. — Раз уж им никто не мешал.

В его тоне сквозило подозрение, но взгляд оставался холодным и расчётливым. Я понимал — сейчас он решает, верить мне или нет. От этого зависело слишком многое.

Я пожал плечами, всё ещё держась за голову:

— Понятия не имею, что было в башке у этого урода. Может, боялся, что придёт подмога. Может, впопыхах не обратил внимания. — Я поднял взгляд, встречаясь глазами с Никоновым. — А может, вовсе не знал, что Волков тут что-то подписывал.

Я поднялся на ноги, пошатнулся, но устоял, опираясь о стену. Голова кружилась, к горлу подкатывала тошнота, но я постарался выглядеть увереннее, чем чувствовал себя:

— Да и вообще, это ваши люди прошляпили вторжение. Как он вообще сюда пробрался? Не я должен отвечать за безопасность.

Охранник за спиной Никонова дёрнулся, явно разозлившись от моей наглости. Его рука сжалась в кулак, а на лице проступили красные пятна. Но Никонов остановил его лёгким жестом руки, не оборачиваясь — похоже, он умел читать своих подчинённых, даже не глядя на них.

Его цепкий взгляд впился в меня, словно пытаясь просверлить насквозь. Я почувствовал, как воздух вокруг меня уплотнился — лёгкое телекинетическое воздействие, едва ощутимое, но безошибочно узнаваемое. Никонов прощупывал меня своим даром, проверяя на сопротивление.

Наши глаза встретились, и его взгляд словно физически давил, пытаясь обнаружить ложь. Я не сопротивлялся, позволяя ему изучать мою реакцию, мой язык тела, мельчайшие движения глаз. Пусть видит мою уверенность в легенде о загадочном человеке в маске, ворвавшемся в комнату, о безуспешной схватке, о внезапном ударе в затылок.