Книга Хроники Менталиста 3, страница 98 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Так проходили дни. Один за другим, сливаясь в бесконечную череду одинаковых рутинных действий. До того самого дня, когда Никонов позвал меня для разговора о Вихре.

А потом был Вихрь. И бой, который снова перевернул все с ног на голову…

Этот разговор с Никоновым состоялся неделю назад. Я помню каждую деталь, словно это было вчера — чёрный лимузин, прохладная кожа сидений, молчаливый водитель с глазами, пустыми как у рыбы. Никонов не сказал ни слова, пока мы ехали через весь город к его особняку. Только барабанил пальцами по подлокотнику, отбивая какой-то ритм, известный ему одному.

Особняк Никонова всегда вызывал у меня смешанные чувства — восхищение и отвращение одновременно. Трёхэтажное здание из серого камня, с колоннами и статуями, больше похожее на маленький дворец, чем на жилой дом. Архитектурная наглость, демонстрация власти и влияния. Раньше, в моей прошлой жизни, я презирал посетителей таких домой. Теперь же меня приглашали сюда как гостя. Хотя, если быть честным с собой, граница между гостем и пленником была весьма условной.

Охранники у входа расступились перед нами. В просторном холле с мраморными полами и хрустальными люстрами нас встретил невозмутимый дворецкий.

— Добрый вечер, господин, — поклонился он Никонову. — Всё готово, как вы приказали.

— Отлично, — кивнул Никонов и повернулся ко мне. — Следуй за мной.

Он повёл меня не в свой привычный кабинет, а куда-то вглубь дома, через анфиладу комнат, каждая из которых демонстрировала уровень богатства хозяина — старинные гобелены, картины в золочёных рамах, антикварная мебель. Наконец, мы остановились перед массивной дубовой дверью с бронзовой ручкой в виде морского чудовища.

Никонов достал из кармана небольшой ключ и отпер дверь. За ней оказалась ещё одна — металлическая, с хитроумным механическим замком. Он набрал комбинацию на круглом циферблате, затем вставил странной формы ключ в прорезь под ним, повернул дважды, и дверь с тихим шипением пневматики отъехала в сторону.

— Прошу, — он сделал приглашающий жест.

За дверью я увидел длинный пологий коридор, ведущий под уклоном вниз. Мы спустились по нему, проходя мимо ряда тусклых ламп на стенах, а затем оказались перед ещё одной дверью. Только тогда я понял, что Никонов вёл меня в подвальное помещение, специально обустроенное вдали от любопытных глаз.

Когда дверь открылась, перед нами раскинулся просторный зал с неожиданно высокими для подвала потолками. Никаких окон, только приглушённое искусственное освещение и гнетущее ощущение замкнутого пространства. В центре располагался ринг — не такой огромный, как в «Морском Дьяволе», но определённо профессиональный. По периметру разместилось спортивное оборудование — груши различных размеров, тренажёры, скамьи для отжиманий, стойки с гантелями. Настоящее логово бойцов, тщательно скрытое от посторонних глаз.

Воздух здесь был заметно прохладнее и суше, чем наверху, с характерным запахом пота, кожи и металла — неизменными спутниками мест, где люди выкладываются на пределе своих возможностей.

И там, на ринге, в одиночестве тренировался Вихрь.

Я застыл на пороге, изучая своего бывшего противника. Того самого, который ещё три месяца назад смотрел на меня с презрением, как на уличную шавку, осмелившуюся облаять породистого пса. Того самого, чьё самомнение я разбил вместе с носом на глазах у всей элиты Ржавого Порта.