Книга Восхождение Морна. Том 1, страница 31 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— Нет, — я покачал головой. — Идём вместе.

— Наследник…

— Спорить бесползено, капитан.

Марек смотрел на меня долгих пять секунд, и я держал его взгляд, не моргая и не отводя глаз. В прошлой жизни я достаточно раз смотрел в упрямые физиономии учеников, которые думали, что лучше меня знают, как им тренироваться.

Поэтому научился не отступать первым. Если они почуют неуверенность, то считай всё — проиграл.

Вот и капитан медленно кивнул, соглашаясь с неизбежным.

— Ладно, наследник. Но тогда делаем строго по-моему, без споров и самодеятельности.

Он полез в карман и достал маленький кожаный мешочек, затянутый шнурком. Развязал его одной рукой и высыпал на ладонь щепотку серого пепла.

Зачем ему пепел в кармане? Какое-то военное суеверие?

Марек поднял руку и подбросил пепел в воздух. Серая пыль повисла на мгновение в неподвижном воздухе, потом медленно потянулась тонкой струйкой в сторону дыма над деревьями.

А, понял. Проверяет направление ветра. Чтобы знать, с какой стороны подходить, чтобы собаки или кони нас не учуяли раньше времени.

Умно, старик. Двадцать лет службы научили тебя думать на три шага вперёд.

— Хорошо, — Марек проводил взглядом последние частицы пепла, убедился в направлении ветра и кивнул себе. — Ветер дует от места нападения к нам. Значит, если там остались собаки или лошади, они нас не почуют. Подходим с подветренной стороны, через рощу слева от дороги. Тихо и осторожно.

Он повернулся ко мне, и выражение лица стало жёстким, командирским.

— Слушайте внимательно, наследник, потому что повторять не буду. Там может быть засада. Может быть ловушка. Может быть вообще что угодно, от раненых бандитов до целой банды, которая ждёт подмоги. Поэтому правила простые: я иду первым, вы идёте за мной и делаете ровно то, что я делаю. Я остановлюсь — вы встанете на месте. Я присяду — вы присядете. Я побегу — бежите следом, не раздумывая и не задавая вопросов. Всё понятно?

— Понятно, капитан.

— И ещё одно, — Марек не отводил взгляда. — Если там начнётся драка и я крикну «назад» — вы немедленно бежите к карете. Без героизма, без попыток мне помочь, без глупостей. Просто разворачиваетесь и бежите что есть сил. Это тоже ясно?

Я кивнул, хотя оба мы прекрасно понимали, что если дело дойдёт до этого крика, я вряд ли его послушаю. Но Марек, видимо, удовлетворился формальным согласием.

Он постучал костяшками в окошко кареты. Кучер вздрогнул от неожиданности и обернулся, и на лице у него было написано, что он уже минут десять напряжённо прислушивался к нашему разговору и примерно представлял, чем это всё закончится.

— Останавливайся здесь и жди нас, — сказал Марек коротко. — Полчаса. Если мы не вернёмся за полчаса — едешь дальше по дороге и ищешь ближайший патруль. Докладываешь им, что видел дым, что мы пошли проверить и не вернулись. Всё понял?

Кучер сглотнул, и кадык дёрнулся на худой шее. Он кивнул, но в глазах читался вопрос: «А если я патруль не найду? Если они тоже куда-то пропали?». Вопрос, кстати, разумный, учитывая местную специфику работы имперской гвардии, но задавать его вслух кучер явно не решался.

Умный мужик. Знает, когда лучше промолчать.

Карета остановилась у края дороги, колёса глухо скрипнули по утрамбованной земле. Мы спрыгнули на траву, примятую множеством колёс и копыт. Она была сухая, хрустела под сапогами, и от неё шёл слабый запах пыли и увядающих трав. Вечерний воздух холодел быстро, и я почувствовал, как по рукам пробежала лёгкая дрожь — не от страха, а просто от перепада температуры после душного нутра кареты.