Книга Восхождение Морна. Том 3, страница 30 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— Может, и тронулся, — согласился я вслух. — А может, просто знаю кое-что, чего не знаете вы.

— И чё ты такого знаешь?

— Что через минуту вы будете лежать на этих булыжниках и жалеть, что решили ко мне сунуться.

Думаю, секунд двадцать на всех уйдёт. Может, пятнадцать, если тот, что справа, дёрнется раньше.

— Ну чё, парни, — главарь махнул рукой, — научите его вежливости.

Правый дёрнулся первым. Я же говорил, нервы. Его дубинка пошла мне в висок, хороший замах, сильный, только я уже был не там, где он целился, а внутри его защиты, и мой локоть встретил его горло прежде, чем дубинка прошла половину пути.

Хрящ хрустнул, он захрипел и схватился за шею обеими руками, а я толкнул его в здоровяка, который как раз начинал разгоняться. Два тела столкнулись с глухим стуком.

Трое с ножами бросились разом, и это была их главная ошибка. Когда атакуешь толпой, вы мешаете друг другу, путаетесь в руках и траекториях, и каждый боится задеть своего. Первый нож я встретил предплечьем, перехватил запястье и вывернул. Парень взвыл и выронил оружие, а я его же инерцией отправил в соседа. Они сцепились на секунду, пытаясь разобраться, кто кого держит.

Секунды хватило. Удар в колено первому, в солнечное сплетение второму, и оба тут же сложились.

Третий, тот самый, который знал дело, не орал и не размахивался. Короткий тычок в живот, сразу перевод на горло, грамотная комбинация. Если бы я был тем, кем он меня считал, благородным мальчишкой без опыта уличных драк, он бы меня достал.

Я ушёл от первого удара, поднырнул под второй, врезал основанием ладони снизу в подбородок. Голова мотнулась назад, глаза закатились, и он начал падать ещё до того, как я убрал руку.

Огляделся. Двое корчатся на булыжнике, один сипит, держась за горло, профессионал лежит без сознания. На ногах остались здоровяк с его дубинкой и главарь.

Здоровяк смотрел на меня так, будто я на его глазах достал кролика из шляпы и этим кроликом кого-то убил. По-крайней мере, подрагивающая дубинка в руке четко сигнализировала о том, что он нервничает.

— Ну? — спросил я.

И он бросился. Отдаю должное, не трус. Хоть и тупой.

Широкий замах от плеча, всё как я и предполагал. Я шагнул внутрь, перехватил его руку на полпути и дёрнул вниз, одновременно подставляя колено. Локоть встретился с коленной чашечкой под углом, на который человеческий сустав категорически не рассчитан, и звук получился выразительным.

Здоровяк завыл.

Где-то в переулке собака подхватила мелодию. Потом ещё одна. Потом кто-то из лежащих на булыжнике решил присоединиться к хору, и на секунду мне показалось, что я дирижирую каким-то очень печальным оркестром.

Остался один.

Главарь стоял на месте, и его рука медленно ползла к поясу, где наверняка был нож.

— Не надо, — сказал я, делая шаг к нему. Он отступил. — Ты же знаешь, чем это всё закончится. Давай сэкономим время — у меня ещё дела, а тебе этих бедолаг надо ещё как-то до лекаря дотащить.

— Ты понимаешь, что натворил? Кривой тебя…

— Кривой здесь не стоит. Зато стоишь ты. И у тебя два варианта. Первый — ты хватаешься за нож, я ломаю тебе что-нибудь важное, и мы продолжаем разговор в другом тоне. Мне это не сложно, но, если честно, немного лень. Второй — ты идёшь к Кривому и передаёшь сообщение. Слово в слово.