Книга Восхождение Морна. Том 4, страница 86 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Парня я тоже знал. Данила Воронов, один из моей четвёрки, молчаливый упрямец с даром ранга D и со слабым потенциалом. Из всех моих учеников он был самым молчаливым и самым упорным, и именно за это он мне понравился больше всех.

Прямо сейчас, впрочем, ни о какой молчаливости речи не шло.

— … и нет, Ярцева, повторить то же самое громче — это не аргумент. Хотя я понимаю, откуда привычка. Когда единственный способ привлечь внимание — это декольте или децибелы, приходится работать с тем, что есть.

Злата отбросила волосы с плеча жестом, от которого половина мужчин в радиусе поражения, наверное, забыла собственные имена, и улыбнулась так, что у меня непроизвольно сработал дар. Считывание пошло фоновое, привычное: ярость, желание доминировать, азарт и под всем этим что-то похожее на искреннее удовольствие, как у кошки, которая нашла мышь, достаточно наглую, чтобы огрызаться.

— Воронов, — она сделала шаг к нему, и медные пряди скользнули по плечу. — Ты сейчас правда заговорил о способах привлечь внимание? Ты? Человек, который на прошлой неделе перепутал руну стабилизации с руной рассеивания и отправил Михалыча в стену? Да он три дня после этого хромал. И знаешь, что самое грустное? Это была твоя лучшая работа за семестр. Единственный раз, когда твоя магия хоть на что-то повлияла.

— Михалыч хромал, потому что ему шестьдесят два и у него больное колено, — Данила не отступил ни на шаг. — Но приятно знать, что ты следишь за моими успехами. Между примерками платьев и плетением интриг, наверное, так скучно.

— Интриг? — она рассмеялась. — Воронов, чтобы плести против тебя интриги, ты должен хоть что-то значить. А ты у нас кто? Второй год на ранге D, из амбиций только «дожить до выпуска». Перспективы — найти какую-нибудь вдовушку побогаче и надеяться, что она оценит твоё остроумие, потому что больше оценивать там решительно нечего.

Кто-то из зрителей хмыкнул. Данила побледнел на секунду, потом порозовел, и я видел, как у него появилась легкая ухмылка, прежде чем он взял себя в руки.

— Мило. Особенно от девушки, чья главная магическая способность — это умение наклониться над столом так, чтобы профессор Дымов забыл, какой вопрос задавал. Три экзамена подряд, Ярцева. Я считал. Удивительное совпадение, что твои оценки прямо коррелируют с глубиной выреза.

— А твои — с тем, пришёл ты вообще или проспал. Разница в том, Воронов, что у меня есть чем работать, — она окинула его взглядом с головы до ног, медленно и оценивающе. — А у тебя? Ни силы, ни связей, ни дара, который хоть кого-то впечатляет. Если твой план — жениться на старухе с деньгами, я бы на твоём месте начала качать задницу, а не язык. Может, хоть так заинтересуешь какую-нибудь богатенькую вдовушку. Им, говорят, нравятся молоденькие, послушные и те, кто хорошо работает языком.

— Зато ты у нас звезда, — Данила сложил руки на груди. — Напомни, сколько человек ты подставила, чтобы подняться на свой нынешний уровень? Трёх? Пятерых? Или ты уже сбилась со счёта, потому что для тебя люди — это просто ступеньки?

Злата чуть наклонила голову, и улыбка её стала шире.

— А что такое? Завидуешь?

— Наблюдаю. Хорошо видно, как ты очаровываешь одной рукой и душишь другой. Впечатляющая техника. Жаль только, что все вокруг давно раскусили, и единственные, кто ещё ведётся — это те, кто думает не головой, а тем, что пониже.