Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 315 – Джон Сан

И этот организм уже начал реагировать на заразу.

Боль в боку, там, где Инквизитор вырвал ей ребра, вспыхнула с новой, ослепительной силой.

Полимерный гидрогель Оксаны, который на морозе был твердым как пластик, в этой сорокаградусной жаре начал стремительно размягчаться. Корка лопнула. Густая, липкая субстанция потекла вниз, смешиваясь с потом. Теплая, свежая кровь хлынула из открывшейся раны, пропитывая футболку и куртку.

Она начала истекать кровью.

— Нет, нет, нет… — прошептала Элоди, чувствуя, как сознание уплывает. — Только не сейчас…

Она должна была двигаться. Если она потеряет сознание на веревке, она провисит здесь, пока трос не оборвется или пока ее кровь не вытечет до последней капли.

Девушка стиснула зубы так сильно, что почувствовала во рту вкус железа. Игнорируя сожженные ладони, она перехватила трос и продолжила спуск. Медленно. Метр за метром.

Черные стены гиперсплава текли перед глазами. Свет ее тусклого фонарика терялся в бездне.

Но вскоре тьма под ее ногами начала рассеиваться.

Снизу, сквозь гудящий поток воздуха, пробивался свет. Это не был багровый адский свет плавильных печей Парижа. И не мерцающий желтый свет аварийных ламп человеческих бункеров.

Это был ослепительно-белый, ледяной, хирургический свет. Свет, лишенный теней и полутонов. Свет абсолютной ясности Искусственного Интеллекта.

Элоди спускалась к нему, как мотылек, летящий на лампу.

Гладкая шахта закончилась. Ствол расширился, переходя в огромный, квадратный вентиляционный коллектор.

Элоди повисла на высоте трех метров над дном этого коллектора. Трос кончился. Девушка застонала от бессилия — веревки не хватило совсем чуть-чуть. Но ждать было нечего. Она разжала сожженные ладони и рухнула вниз.

Она приземлилась на толстую, мелкоячеистую решетку из нержавеющей стали. Удар отдался в сломанных ребрах ослепительной вспышкой, Элоди закричала, перекатившись на спину и скрючившись от боли.

Несколько минут она просто лежала, глядя в черный зев шахты над собой. Воздух здесь был сухим и горячим.

Наконец, она заставила себя сесть.

Она находилась в техническом коробе. Решетка, на которой она сидела, была полом. А под этой решеткой, отделенный лишь сантиметрами металла, находился тот самый источник ослепительно-белого света.

Элоди перевернулась на живот и посмотрела сквозь ячейки решетки.

Зрелище, открывшееся ей, заставило ее забыть о боли, о жаре и о кровотечении. Рассудок человека, привыкшего к грязи и мраку разрушенного мира, просто отказывался воспринимать этот контраст.

Под решеткой простирался коридор.

Он не был похож ни на что из того, что она видела раньше. Это был колоссальный, широкий тоннель, уходящий вдаль идеальной, бесконечной стрелой. Стены, пол и потолок были облицованы гладким, бесшовным белым полимером. В этом коридоре не было углов — поверхности плавно, обтекаемо переходили друг в друга, создавая ощущение нахождения внутри кровеносного сосуда гигантского, синтетического организма.

Свет излучался прямо из стен. Он был настолько ровным и ярким, что внутри коридора не было ни единой тени. Абсолютная, пугающая стерильность. Ни пятнышка грязи. Ни капли ржавчины или копоти.

Контраст между тем миром, из которого она только что пришла (где люди жрали друг друга в пепельной грязи, а терминаторы носили гниющую человеческую кожу), и этим ослепительным, чистым, белым коридором бил по психике сильнее кувалды. Скайнет создал для себя рай. Рай, в котором человеку не было места.