Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 98 – Джон Сан

Она подняла слабеющую левую руку и прикоснулась грязными, дрожащими пальцами к черной от копоти щеке Берга.

В этот момент завязанная на ее затылке бандана, скрывавшая нижнюю половину лица все эти годы, ослабла и сползла на шею.

Берг впервые увидел ее лицо целиком. У нее не было губ. От левой скулы до самого подбородка тянулся страшный, рваный шрам от старого плазменного ожога, обнажающий зубы в вечном, застывшем оскале. Это была цена, которую она заплатила когда-то давно в какой-то безымянной бойне. Вот почему она прятала лицо. Вот почему она молчала.

Но ее бледно-серые глаза, смотрящие сейчас на Берга, были абсолютно спокойными. В них не было страха. В них было странное, умиротворенное прощание.

Ее пальцы скользнули по его небритой щеке вниз, рука безвольно упала на мрамор алтаря. Бледно-серые глаза остановились, уставившись в разбитые своды собора.

Оксана была мертва.

— Нет… — прошептал Берг. Его огромная грудная клетка судорожно вздымалась. — Нет, нет, нет! Ксюша!

Из горла тяжелого пехотинца вырвался первобытный, нечеловеческий вой. Это был крик раненого зверя, у которого только что вырвали сердце. Крик боли, отчаяния и абсолютной, концентрированной ненависти.

Он бережно, словно хрустальную куклу, опустил легкое тело Оксаны на каменный пол.

А затем гигант поднялся.

Он не стал подбирать расплавленный станковый плазмомет. Он не выхватил пистолет. Берг вытащил из ножен на бедре огромный, тяжелый армейский тесак-мачете. Его глаза налились кровью, вены на шее вздулись, как канаты. Он был готов голыми руками разорвать базальтовые глыбы, чтобы добраться до того, кто скрывался по ту сторону.

— Берг, стой! — Эш рванулся к нему, перехватывая его за плечо здоровой рукой.

— Пусти! — проревел гигант, отшвырнув командира так легко, словно Эш был тряпичной куклой. Эш отлетел на камни, больно ударившись спиной. — Я убью его! Я вырву его хромированный хребет! Я засуну этот нож ему прямо в его красные глаза!

Берг шагнул в сторону завала, сжимая тесак.

И в этот момент из темноты нефа, перекрывая яростный крик Берга, раздался голос.

Это не был скрежещущий электронный вокодер Маркуса.

Это был человеческий голос. Чистый. Молодой. Искаженный паникой и невыносимой болью.

— Командир!.. Эш!.. Берг!.. Помогите мне! Мне больно! Пожалуйста, вытащите меня отсюда!

Голос доносился прямо из каменного завала, откуда только что вылетел плазменный выстрел.

Эш, лежащий на полу, замер. Лихорадочный пот мгновенно заледенел на его коже. Элоди зажала рот руками с такой силой, что на губах выступила кровь. Берг остановился, как вкопанный, его тесак опустился.

Это был голос Кирана. Девятнадцатилетнего мальчишки-сапера, который испарился в плазме Центурионов на площади Пикадилли больше суток назад. Мальчишки, от которого не осталось даже костей.

— Эш! Почему вы бросили меня?! Я ничего не вижу! Тут так горячо! Элоди! — голос Кирана срывался на детский плач, полный отчаяния и агонии. Звук эхом метался под сводами готического собора, проникая прямо в подкорку мозга, ломая психику.

— Это невозможно… — прошептала Элоди, заливаясь слезами. — Он же… мы же видели, как он погиб…

— Это не он, — голос Эша прозвучал как лязг затвора. Он с трудом поднялся на ноги, вскинув винтовку. Его трясло от ярости. — Это имитация. Вокодер. Тварь записала его предсмертные крики по радиоперехвату.