Книга Как мы нагибали галактику, страница 28 – Бандильерос

— Это поистине прекрасно, — сказал Селара, — мои коллеги будут рады услышать это из уст святого.

— Сомнений в моей святости нет что ли?

— Только глупец будет сомневаться. Ни одно живое существо, а тем более губительные силы — не способны имитировать, даже грубо, силу Его. Возможно запутать смертных, обмануть их разум — но нельзя изобразить силу Императора — будь вы прислужником губительных сил — ваша сила не могла бы резонировать с верующими и символами веры.

— Вот оно что… понятно, — кивнул я, — это хорошо. Первый встречный мой инквизитор сразу обозвал еретиком. Я пожаловался императору, он пришёл и приказал рыцарям его казнить. Грубо, но эффективно.

— Я слышал новости о богоявлении в этом мире-улье.

— А это вообще ранее случалось? — спросил я, отмывая шампунем волосы.

— Святые с крыльями — живые святые — были только женщинами. Сёстрами битвы — поэтому ваше появление настолько шокировало всех, — ответил Селара.

— Да, не похоже, чтобы император раздавал крылья всем подряд, — кивнул я, — в моём случае так совпало. Меня закинуло в это время и он не знаю как, но наткнулся на меня. Я понимаю его желание сделать меня святым — Архонт — это живая машина смерти всем врагам — куда более страшная, чем астартес или кустодии. Созданная для войны с «железными людьми», машина смерти. Но и человек при этом. Если бы демоны добрались до меня раньше — то у империума были бы проблемы, в бою я слишком опасен, да и технических знаний у меня немало. Я всё-таки учёный и инженер-конструктор. Для вас — инженер из той эры, в которой человечество было на пике своего развития, куда более совершенным, чем сейчас.

Торианин помолчал для порядка, и только тогда произнёс, когда я успел вымыть голову и отросшие патлы.

— Я хотел бы сопроводить вас на святую Терру, если вы не откажете мне в этом. Явление живого святого — всегда праздник для всех верующих — но явление святого, который не умирает — это настоящий нонсенс. Верующие захотят увидеть вас.

— Я не клумба, чтобы меня разглядывали. Признаю, что религия для империума крайне важна — хотя я уже высказывал скепсис по поводу имперского культа вашим коллегам, — осторожно сказал я, — Император сказал мне явиться в его дворец на Терре — возможно, там мы узнаем гораздо больше о его замыслах.

— До сих пор, — погрустнел Торианин, — никто не мог слышать Его голос. Только святые, которые прибывали для этого на Терру, к трону императора — могли как-то общаться с ним — но от нас сокрыто то, что он сказал им. Вы утверждаете, что видели его, и слышали его голос. Это уже очень странно и очень много для всех нас.

— Должно быть рядом с ним — ему не придётся тратить силы на поддержание связи. Ну и есть вполне логичное объяснение — мои способности сильно отличают меня от смертных людей. Поэтому, должно быть, наша с ним связь гораздо сильнее, чем между ним и другими.

— Как правило, живые святые — это умершие, — ответил мне Торианин, — принявшие мученическую смерть и воскрешённые Императором. Среди них были конечно не только женщины, но крылья — только у сестёр битвы.

— Крылья это важный конструкт, — согласился я, — они позволяют получать энергию веры, подобно самому императору, и направлять её. Хотя… — я задумался, — по логике вещей, если так действует имматериум — то если человек умирает, то его душа уходит в имматериум — и если он очень верующий — то император получает возможность повлиять на его душу — или даже вернуть обратно в мир живых. То есть смерть как прохождение души через имматериум — имеет ключевое значение — без неё император не может напрямую связаться с материальным миром.