Книга Гейне. Двойная игра, страница 7 – Анатолий Леонов

— Понты бьешь, баклан? Бирка у тебя имеется? Показал, быстро!

Демьянова такой поворот ничуть не смутил. При желании он и сам мог ответить подобным образом, но не стал, а только, понизив голос, холодно произнес:

— Отвали, гегемон. Здесь тебе не ментовка, чтобы права качать.

Продолжения ссора не имела. Фокстротчик вдруг замер. Глаза его хитро блеснули. Он осторожно, с опаской осмотрелся по сторонам и, вплотную приблизившись к Демьянову, тихо прошептал на ухо.

— Пока живи, гнида! Но в следующий раз я покажу тебе, чего ты стоишь в этом мире.

Произнеся свою угрозу, обиженный танцор резко отпрянул назад и мгновенно растворился в толпе, даже не взглянув на свою партнершу, все еще растерянно стоявшую посередине зала.

Демьянов, проводив грубияна ледяным взглядом, равнодушно пожал плечами и, бросив ищущий взгляд по сторонам, замер, пораженный. Она стояла за собранной изящными складками жаккардовой портьерой, облокотившись на широкий подоконник, и задумчиво смотрела в окно на пустынную в тот вечерний час Спиридоновку.

Демьянов ловко, одним движением, снял с подноса у проходящего мимо официанта два бокала рейнского рислинга и, лавируя между танцующими парами, подошел к таинственной незнакомке, по какой-то причине не принимавшей участия в общем веселье.

Девушка либо не заметила, либо не посчитала нужным обратить внимания на подошедшего к ней молодого человека. Она все так же молча стояла, глядя в окно, и лучи заходящего солнца играли на ее правильном, красивом лице непривычного для северных стран насыщенного бронзового цвета.

Девушка вздрогнула, удивленно посмотрела на Демьянова и не приняла протянутый ей бокал. Вместо этого она скрестила руки на груди и сухо произнесла:

— Гейне — прекрасный поэт, только читаете вы его плохо.

Демьянов испытал легкий укол самолюбия, но виду не подал.

— Странно, мне всегда казалось, что стихи — моя сильная сторона.

— Вы себе явно льстили!

Девушка как-то очень обидно, чисто по-женски усмехнулась и красивым, хорошо поставленным голосом закончила начатое Демьяновым стихотворение:

— …Но если этот властелин рубинов и алмаза

В лесу мне встретится один — он их лишится сразу!

Так и не приняв предложенный бокал, она снова отвернулась от настырного ухажера, продолжив рассматривать что-то на пустынной улице. Демьянов разочарованно поставил бокалы на подоконник, но не ушел. Холодность девушки распалила чувства молодого человека, лишив внутреннего равновесия. Ощущение, близкое к панике, сковало все тело и прошло по нему ледяными иголками. Ему показалось, что если он сейчас отступит, то потеряет то, о чем, возможно, будет жалеть всю оставшуюся жизнь.

— Чем же мне вас заинтересовать? Скажите, вы любите лошадей?

Вопрос застал девушку врасплох. Она развернулась всем телом и бросила на Демьянова удивленный взгляд:

— Допустим.

Демьянов оживился:

— Чудесно! Приезжайте завтра на ипподром. Я держу там скакового жеребца…

Договорить он не успел. Девушка перебила его нарочито вежливо и предельно отчужденно.