Онлайн книга «Темные гастроли»
|
Дверь рабочего кабинета неслышно открылась, и на пороге возникла его жена, Светлана. Она проскользнула внутрь, прикрыв за собой дверь, подошла к мужу и обняла. — Не думай о плохом, дорогой, — прошептала она, приблизив губы к самому уху супруга. — Все будет хорошо, вот увидишь! — Я знаю, — обнимая жену в ответ, прошептал майор. — Я знаю. — Тогда нам пора, — Светлана шутливо взъерошила мужу на голове волосы. — Пойдем, дети ждут в машине. Спустя двадцать минут майор Девяткин и его семья уже шли по театральной площади, пробиваясь сквозь толпу поближе к трибуне. Там, на трибуне, стояли те, кто стойко перенес тяжелые сентябрьские дни недавнего прошлого. В центре трибуны бок о бок стояли Наталья Смолькина и участковый Денис Фильков, чудом выжившие после нападения у ресторана. По правую руку от Натальи расположились те, кто пострадал при нападении у театра. Их было немало, и лица их светились от благодарности. По левую сторону стояли представители горисполкома, а чуть дальше родственники Германа Бергера и Семена Макарова — первых жертв банды Омарова. Рядом с ними семьи Вениамина Здражевского и его ассистентов, Сергея Увекова и Александра Фурманова. Ни один из них не выжил после нападения у НИИ. «Сколько жертв! Сколько напрасно загубленных жизней, — пронеслось в голове Девяткина. — Можно ли было предотвратить их смерти?» Развить мысль майор не успел. К микрофону вышел заслуженный артист драматического театра, любимец воронежской публики Станислав Вычетов. Проверив, как настроен микрофон, он окинул толпу долгим, изучающим взглядом и начал речь. — Сегодня, двадцать третьего сентября 1979 года, мы собрались здесь в едином порыве, отдать дань любви и уважения тем, кого с нами больше нет. — Выдержав паузу, актер продолжил: — Ровно год назад наш город потрясла серия небывалых трагедий. Счастливый мир воронежцев рухнул в одночасье, так как жестокая рука преступной шайки забрала жизни наших друзей, наших родных и соседей! — Новая пауза, и голос актера взлетел ввысь. — Но мы не позволили нас сломить! Верно? Голос актера летел и летел ввысь, словно птица в неведомом фантастическом полете. Затем тишина, и шквал оваций! Люди поднимали над головой руки и аплодировали, скандируя последний призыв актера. «Нас не сломить! Нас не сломить! Нас не сломить!» Вычетов поднял руку раскрытой ладонью вперед, и голоса стихли. Понизив голос почти до шепота, актер начал зачитывать список погибших. — Елена Утробнова, тридцать пять лет. Вечная память! Александр Заболуев, девятнадцать лет. Вечная память! Лизонька Верейкина, четыре года. Вечная память! Ему словно эхо вторил хор голосов: вечная память, вечная память, вечная память… Директор театра подал знак, и к центру театральной площади, где раньше стоял фонтан, направили прожектора. Яркий свет осветил монумент, возвышающийся над толпой. Одно движение — и тяжелая ткань слетела с монумента, обнажив белый мрамор. На плоской, отполированной до зеркального блеска плите, в свете прожекторов высветились имена, нанесенные золотом. А выше, над всеми именами, крупными буквами светилась надпись, известная каждому советскому человеку: «Никто не забыт, ничто не забыто». «Да, верно. Так и должно быть, — мысленно произнес майор Девяткин. — Мы не забудем. Никогда». Спасибо за чтение! Другие книги доступны в библиотеке moreknig.org. |