Книга Секретные люди, страница 7 – Николай Свечин

Сыщики помолчали. Действительно, в августе Париж едва не пал. И русским пришлось ускорить неподготовленное из-за спешки вторжение в Восточную Пруссию, чтобы спасти союзника. Немцы оказались вынуждены срочно отослать туда с Западного фронта два корпуса. В результате армия Самсонова была разгромлена, сам генерал пустил себе пулю в висок. Другая армия, Ранненкампфа, понесла большие потери и ретировалась обратно за нашу границу. Но Париж устоял…

Сергей разглядывал шнуры, даже понюхал их.

— Мазутом пахнут… Мы не сможем найти этого наблюдателя. Мало ли у нас полустанков.

— Завтра утром бери их в охапку и неси на Знаменскую. Пусть ребята начинают искать Веделе. А мы примемся за Пашку Бравого.

На Знаменской набережной размещалось контрразведывательное отделение штаба Петроградского военного округа.

Сыщики надели пальто и отправились по домам. Расставаясь, Лыков сказал помощнику:

— Дело дрянь. Фартовые сговорились со шпионами. Мне надо встретиться с Рудайтисом.

Илларион Рудайтис, он же в прошлом налетчик Ларька Шишок, а сейчас успешный промышленник Вырапаев, был главой преступного мира Петрограда. Тем, кто в среде блатных называется «иван иваныч». Кличка у Рудайтиса была подходящая: Сорокоум. Только что Лыков с Азвестопуло спасли от верной гибели его брата, вытащили из колымских гор, где страшный Сашка Македонец уже приговорил Михаила к смерти. Теперь Сорокоум считал себя их должником. На это сыщик и рассчитывал.

Как всегда, для того чтобы договориться о встрече с «иван иванычем», Лыков телефонировал его адвокату Аванесяну:

— Сурен Оганесович, мне нужен ваш набольший. Срочно!

— Господин Вырапаев сейчас в Москве.

— Когда он вернется?

— Завтра ночью.

— Передайте ему мою просьбу, хорошо? Буду ждать вашего звонка.

Лыков разъединил телефонную связь с присяжным поверенным и спросил жену:

— Авдотья уже ушла?

— А ты как думал? – возмутилась Ольга Дмитриевна. – Одиннадцатый час ночи. Вы там совсем сдурели, скоро дорогу домой забудете.

— Тогда сойди за кухарку, разогрей мне чего-нибудь поесть.

— Я подам тебе на кухне, ладно?

— Угу.

Статский советник вымыл руки и пошел в столовую за английской горькой водкой. Отнес ее в кабинет, пряча от жены, там ухнул большую рюмку и устало развалился в кресле. Фартовые сговорились со шпионами… Если тут единичный случай, куда ни шло. А если нет? Сорокоум должен знать такие вещи. По крайней мере то, что творится в Петрограде.

Много лет назад Алексей Николаевич уже сталкивался с подобным. На Сахалине японцы вербовали русских каторжников, устраивали им побеги, обучали шпионским приемам и возвращали в Россию с поддельными документами. Они создали целую разведывательную сеть из уголовных^[15]. Еле удалось тогда ликвидировать эту агентурную организацию, и то не до конца. Теперь вот германцы, возможно, пошли по такому пути. Или все же единичный случай? Главанаков – редкостный негодяй. Так и так надо взять его к ногтю. Захочет ли только «иван иваныч» помочь сыщикам поймать его? Хоть и должник, но свои интересы важнее.

Ответ на этот вопрос Лыков получил через сорок восемь часов.

Сорокоум выслушал гостя с непроницаемым лицом, посмотрел зачем-то в окно и уточнил:

— Шнуры с узлами чьи были, Пашки или того германца?

— Мы нашли в номере у Веделе. Но Пашка мог их туда принести.