Онлайн книга «Адский прииск»
|
Еще лесные болота оказались плохи тем, что не щадили и всадника. Лошадь застревала в очередной раз, делала рывок, и конный ударялся коленом или плечом в ствол ближайшего дерева. Все трое в итоге получили сильные ушибы – у Лыкова потом левый локоть болел полгода… Сергею сучок угодил в глаз и едва не выбил его. Лишь Иван легко отделался, заранее обмотав колени ветошью. Он предлагал сделать это питерцам, но те поленились, о чем потом жалели. Измученные кони стали показывать признаки присталости, но пока еще держались. Лыков успевал с любопытством осматриваться. Он понемногу втянулся в походную жизнь, научился дремать на ходу и быстро восстанавливаться в минуты отдыха. Огромный запас жизненных сил, подаренный ему родителями, включился, словно гальваническая батарея. А тут такие виды! Когда еще попадешь в подобные волшебные места? Особенно сыщик любовался поваленными лиственницами. Из-за мерзлоты корневая система у деревьев была слабой, и они легко валились. Их корни живописно торчали из воды. Одни напоминали тонущего в болоте марала, который поднял голову с рогами и трубит. Другие – медведя, вставшего на задние лапы и желавшего обнять путника. Третьи смахивали на шамана с посохом. Над болотами тут и там кружили огромные черные вороны, добавляя таежного мистицизма. По счастью, ужасный отрезок пути кончился через три дня, когда сил уже не осталось ни у людей, ни у живого инвентаря, как пишут интенданты. Караван спустился в долину реки Томпо – правого притока Алдана. Здесь путникам открылись предгорья Верхоянского хребта, до них было всего десять верст. Долина реки дала возможность передохнуть. Смешанный лес, на островах много хорошей травы. Волкобой ехал с трехлинейной винтовкой Мосина и дробовиком. Лыков отобрал у него ружье и настрелял горных куропаток. Сутки путешественники ели, спали и ленились. Начальник каравана раскупорил бутылку спирта и разрешил истребить ее. Отдохнув, русские задумались, как им форсировать реку. Она была не только широка, но и глубока – вброд не перейти. Волкобой и здесь нашел выход. Проводник срубил пяток сосен, связал их тальником и получил плот. Еще добыл из сухостоя длинный шест. Отталкиваясь им, путники смогли переправить сначала вещи. Потом привязали лошадей, как в прошлый раз, и перетащили их следом. На том берегу неугомонный Иван отыскал в кустах якутскую морду и поставил ее на шивере[68]. Лошадям требовался отдых – не столько от переутомления, сколько от испуга во время переправы. Пока они приходили в себя, Волкобой наловил ельцов и хариусов. Нажарил рыбы на сковороде и угостил товарищей на славу. Близость гор проявилась в том, что на склонах Томпо виднелись небольшие скальные выходы – утесы. Но те же горы создали проблему – как их пересечь? Лыков проехался вдоль реки до кряжа и понял, что надо искать другой путь – по долине не пройдешь. Первая цепь Верхоянского хребта поднималась над головами сразу крутым склоном высотой в половину версты. Томпо прорезала в нем узкую долину, в которой для тропы места не нашлось. Иван напомнил, что говорил им учитель Ручкин. Надо искать приток Томпо, речку Менкюле, и двигаться по ней. Так и сделали. Пришлось лезть в горы напролом, без тропы, лавируя между деревьями. К удивлению путников, такая дорога далась им легче, чем езда по болоту… Развлекали многочисленные бурундуки и еврашки[69], то и дело перебегающие дорогу. Менкюле они достигли к вечеру. Река оказалась ненамного у́же самой Томпо. Ее русло тоже продиралось сквозь скалы, однако Волкобой уверенно повел колонну вперед. Скорость хода снизилась: мешали поваленные тут и там деревья. Приходилось их пилить и оттаскивать в сторону. Да и крупная галька неудобна для лошадей – копыта скользят, подковы того и гляди отвалятся… |