Книга Фартовый город, страница 36 – Николай Свечин

— Разумеется. Сергей Манолович уже в городе и начал отлов дураков. Это его объявление.

— Ваш агент будет у нас аферизм производить? — нахмурился Блажков. — Как же мы это допустим?

Лыков пояснил:

— Кого-то он наверное облапошит. Но деньги пострадавшему вернем, когда закончим операцию. А пока надо дать Азвестопуло осесть в Ростове. Для легендирования, неужели непонятно?

— Понятно-то понятно, но кто будет деньги возвращать? Вы, что ли?

— Я, конечно, не вы же с Петром.

— М-да…

Англиченкова интересовало другое:

— Алексей Николаевич, а что это за предмет? Который только в Америке фабрикуется.

— Презервативы из шелковой резины.

— Это которые по четыре пятьдесят за дюжину? — тоном знатока уточнил не имеющий чина.

— Да. Тончайшая нервущаяся резина, заморская работа! А наши, из рыбьего пузыря, совсем не то.

Надзиратель весело загоготал, но Блажков оборвал его:

— Тише ты, охальник. Алексей Николаич, значит, ваш человек уже здесь?

— Вчера снял комнату, с сегодняшнего дня будет ловить на крючок простодушных людишек с деньгами. А в свободное время изучать оба города. Вы свою задачу помните?

— Точно так. Искать подходы к стодесятникам.

— Как продвигается?

— Есть одна наметка. Скорее всего, ребята живут в Нахичевани по документам. Не спрячешь там дюжину мужиков на нелегальном положении.

— И что?

Блажков вынул из кармана бумажку.

— Мы знаем, что старшина Маргаритовской волости Чапля балуется нехорошим делом: продает паспорта за своей подписью и печатью.

— Настоящие?

— Конечно.

— И много уже выдал?

— Много, и на этом погорел. Я его давно уж вычислил. Вижу, раз за разом попадаются темные люди, и все как назло из Маргаритовской волости. Но пока не арестовываю мошенника, чтобы легче было жулье открывать. Так вот. В номерах Искидарова на Двадцатой линии поселилась артель будто бы плотников. Их девять человек, и у всех виды за подписью Чапли. Я думаю, это они.

— Чертов отряд?

— Да. Коридорного я заагентурил, он присматривает за постояльцами. Плотники, а большей частью дома сидят. Выходят по ночам, раз-два в неделю. Деньжата есть. Ни с кем из здешних не общаются, держатся обособленно.

— А тот предполагаемый родственник? Грек, содержатель столовой.

— Купец Августато?

— Да. Есть ли связь между ним и этими плотниками?

— Пока не удалось выяснить, Алексей Николаич. Буду разбираться.

На этом совещание закончилось. И питерец торжественно занес в кабинет Блажкова ведерную бутыль проигранной водки. Хозяин поставил ее в одежный шкап и накрыл сверху шинелью. Сыщики приложились к напитку, одобрили вкус и разошлись.

Лыков прогулялся с Ольгой по магазинам, потом они поужинали шашлыками. В десять вечера питерец заглянул в ресторан Жудика. Англиченков был уже там.

— Идем?

— Идем.

— Дозвольте полюбопытствовать, Алексей Николаевич, а оружие вы прихватили?

— Браунинг в кобуре и кастет в кармане.

— Можно поглядеть? Ух ты, сразу видать столичного человека. А у нас тут деревня…

Надзиратель долго разглядывал подмышечную кобуру, которую сшили по чертежам Лыкова в швальне Конногвардейского полка. Перерисовал фасон и пообещал сделать себе такую же. Действительно, удобно: на мощной фигуре питерца выступ на левом боку был незаметен.

Изучил Петр и бронзовый кастет — штатное оружие французских полицейских.