Книга Смертельные ловушки, страница 103 – Кэй Клевер Стрэхен

— Базз, дорогой, – перебила его Фелисия, – пожалуйста, помолчи минутку. Мне нужно подумать. Я должна подумать – есть над чем.

Кора подскочила к Фелисии:

— Миссис Лаки, не беспокойтесь. Свою историю я не расскажу больше никому. Ни одно слово, сказанное в этой комнате, не повторится за ее пределами. Обещаю. Пожалуйста, не думайте, что моим обещаниям нельзя верить. Это не так. Дядя Тим также пообещает; не правда ли, дядя Тим?

Вместо ответа мистер Фисби лишь улыбнулся.

— О, вы пообещаете, – набросилась на него Кора. – Я не хочу вести себя как Джастин, но если надо, то я смогу, не забывайте это. Я заставлю вас не только пообещать, – добавила она, прищурившись, – но и сдержать слово.

Она подкрепила свои слова тремя короткими кивками, а затем обернулась к Фелисии.

— Я рассказала вам, поскольку подумала, что вы должны знать. Пожалуйста, не беспокойтесь. Пожалуйста. Об этом больше никто не узнает.

Улыбка мистера Фисби испарилась. Он взглянул на мистера Лаки.

— Что касается меня, – шепнул ему мистер Лаки, – вы можете говорить хоть всему миру. Как и она. Буря в стакане воды. Раздувание слона из мухи. Вздор.

— Нет, – решил мистер Фисби, – лучше не допускать, чтобы откровения Коры стали известны еще кому-либо. Ваша жена это понимает… – он взглянул на постель. Кора склонилась над Фелисией – они также шептались.

— Вздор! – повторил мистер Лаки. – Что понимает?

— Понимает, – мистер Фисби понизил голос, – что если Кора сказала нам правду, то это возвращает нас к семье Декстеров. Если кто-то из семьи узнал о секрете Джастина и по какой-то причине не осмеливался раскрыть его, пока Джастин был жив, но не желал, чтобы Джастин снова повторил свою попытку, то как минимум возможно, что он или она…

— Молчите! – приказал мистер Лаки. – Остановитесь. Вы слишком легко говорите о ком-то из семьи. Но почему это должен быть кто-то из Декстеров? Вот что я хочу знать. И еще одно. Как кто-то из семьи смог узнать «секрет Джастина», как вы его называете?

— А как я должен называть его? Это был его секрет, не так ли? Его план мести. По словам Коры, впервые она поделилась этой тайной во вторник. Но может, она забыла; может, она уже с кем-то говорила об этом – день, неделю или год назад. Боб говорит, что Виктор разболтал о ненависти Джастина к судье. Не знаете, это было до или после вторника?

— Конечно, знаю. Это было во вторник вечером – юнец сказал, что подслушал это как раз в тот же день.

— Да? Я подумал, если Кора… ошиблась и на самом дела говорила об этом еще до вторника, то Виктор мог бы разболтать об этом раньше. А что до вашего первого вопроса, то для убийства двух человек нужен сильный мотив, например, семейная привязанность. Хотя, конечно, здесь я могу ошибаться.

— Барышня! – проревел мистер Лаки.

— Папуля обращается так к женщинам, если забывает, как их зовут, – извинилась Фелисия. – И он сейчас на взводе.

— Говорили ли вы кому-нибудь о ненависти Джастина или о чем-то подобном до вторника?

— Нет, не говорила, – обиделась Кора. – Я же уже сказала, что не говорила. Я бы не осмелилась говорить об этом, пока Джастин был жив. Полагаю, это вы предположили такое? – обратилась она к мистеру Фисби.

Тот кивнул:

— Вы же усомнились в моих словах. Как говорит мистер Лаки, если вы никому не рассказывали об этом до вторника, если вы были единственным человеком, который знал обо всем, то как кто-то из Декстеров мог все узнать?