Книга Тени яблоневой аллеи, страница 46 – Дарья Калинина

— Хуже себе и представить невозможно.

— Но ваша сестра сказала, что вы с Костей жили вполне счастливо.

— Да что они там все могут знать! Ни с кем из родни я после замужества особо не общалась. И уж всяко я не делилась с ними тем, что мой муж оказался чудовищем!

— Авелина? Роберт? Они ничего не знали?

— Все они видели лишь ту вывеску, которую муж вынудил меня для них нарисовать. Внешнее благополучие за фасадом горьких слез. Моих слез!

— Он вас обижал? Может быть, даже бил?

— Пусть бы только попробовал! Скажете тоже, бил! Я бы ему такого просто не позволила! Но можно уничтожать человека не физически, а морально. Синяков и ссадин на теле видно не будет, но душа будет вся истерзана в клочья!

— Как я вас понимаю, – вздохнула Оленька.

— Правда? Вам тоже доводилось страдать?

— И сколько раз!

— Тогда вы меня поймете! И мое стремление освободиться от тирании мужа тоже одобрите!

— Полностью понимаю и одобряю!

Оленьке было крайне важно найти точки соприкосновения с Виолеттой, чтобы расположить ту в свою пользу. И сочувствие несчастному замужеству было ничем не хуже других вариантов.

— Кстати, – спохватилась она, – позвольте вам представить Антонину – одноклассницу вашего мужа и Олега.

Виолетта рассеянно без особого интереса кивнула новой знакомой, а у Оленьки спросила:

— Кто такой этот Олег, про которого вы все время упоминаете?

— Вы с ним не знакомы?

— Впервые слышу от вас это имя!

— И тем не менее мы считаем, что Олег мог напасть на вас, пока вы пили чай в беседке.

Виолетта с задумчивым видом кивнула.

— Да, чай в беседке, – произнесла она. – Но я его себе налила, а вот выпить не успела. Ни глоточка! Как раз в тот момент, когда наливала его в чашку, меня и ударили.

— Вы сами себе наливали чай?

— Да! А почему вас это удивляет?

— Дело в том, что когда я вас нашла, то чайника на столе не было.

— Наверное, упал и укатился куда-нибудь.

— На полу его тоже не было. Поверьте, я очень тщательно все осмотрела. И самое главное, чая в чашке тоже не оказалось. Она была совсем чистой и даже сухой. Вот ведь как странно!

— Действительно, странно. Потому что я хорошо помню, как принесла поднос в беседку. На подносе был чайник с уже заваренным моим любимым пуэром, печенье «рафаэлло», которое я только утром купила в магазине, коробку открыли при мне, так что я была уверена, оно свежайшее. Я готовилась насладиться, и вдруг бац! И я ничего не помню. А этот Олег… Почему вы думаете, что он был тут?

— Мы нашли браслет с подвеской с его именем.

— Покажите!

Сам браслет показать не было возможности, он оставался у следователя, пришлось удовольствоваться фотографией. Виолетта долго разглядывала украшение, но потом признала, что данный предмет ей незнаком.

— И самого одноклассника своего мужа я никогда не видела. Собственно говоря, я даже не предполагала, что мой бывший муж общается с кем-то из своего выпуска. Он всегда очень неприятно отзывался о своих одноклассниках, называя их сборищем неудачников и нищебродов. Никогда бы не подумала, что он захочет возобновить отношения с кем-то из своего выпуска. Впрочем, меня это не касается. Просто хочу, чтобы вы поняли, какого сорта человек мой муж.

— Вы вот его ругаете, – вмешалась Катюша, – обзываете по-всякому, а когда вам плохо было, он примчался к вам в больницу. Места себе не находил от тревоги за вас.