Книга Тени яблоневой аллеи, страница 52 – Дарья Калинина

— Ну…

— Кто?

— Многие, – призналась Антонина. – Я была в таком упоении от вашей «Лесной сказки», что позвонила всем, кого смогла вспомнить.

— Могли твои близкие подшутить над тобой таким образом?

— Нет! Кроме того, точный адрес я им не называла! Ну приехал бы кто-нибудь из них в ваш поселок, и где бы он меня искал?

— Такие происшествия случались с тобой раньше?

— Чтобы ночью ко мне в жилище вторгся какой-то тип в черном? Нет! Никогда! Такое со мной впервые!

— Может, ревнивый воздыхатель наведался?

— Чей воздыхатель? Мой? Скажешь тоже! Даже в ранней молодости я не могу вспомнить, чтобы мужчины вот так вторгались в мое личное пространство. Все мои поклонники были исключительно порядочные молодые люди. С другими я не общалась.

Значит, кавалеры у Антонины, если когда-то у нее и имелись, то безумств ради нее не совершали.

— А враги у тебя есть?

— Наверное. Но не настолько серьезные, чтобы вот так напрягаться ради меня, тащиться в ночь, в темень, пачкать лицо краской. Нет, не настолько сильно они меня ненавидят.

— Значит, остается предположить, что визит был нанесен Виолетте.

— Точно! – воскликнула Антонина. – Правильно ты догадалась! Когда я вышла к нему, этот тип вроде как удивился. Он от меня отшатнулся и воскликнул: «Ты еще кто такая?»

— А дальше?

— Дальше мы с ним уже не разговаривали, он попытался удрать, а я попыталась его остановить.

— Все ясно! Ему точно была нужна Виолетта. За ней он пришел. А твое появление спутало все его планы, он и запаниковал.

— Именно так все и было, – с удовлетворением подтвердила Антонина.

— Одно могу сказать совершенно точно: Виолетте сильно повезло, что она ночует в другом месте. Она бы с кочергой так ловко нипочем не управилась.

А в том, что у ночного гостя было недоброе на уме, сомневаться не приходилось. Когда у человека хорошее на уме, ночью тайком не заявляешься и лицо под слоем краски не прячешь.

Несмотря на всю свою браваду, оставаться и дальше в доме, где она подверглась нападению, Антонина не захотела. Охвативший ее во время схватки азарт уступил место совсем другим чувствам. Антонина побледнела и задрожала. Оленьке пришлось отвести ее к себе домой, куда немедленно прибыли для ночного совета и Светлана с Катюшей. Дозвониться до следователя не удалось, но Оленька оставила ему сообщение через дежурного.

— Сейчас все равно слишком поздно, злодей уже удрал от нас. И слишком темно, чтобы искать его следы. Утром полиция приедет, и мы вместе с ними осмотрим территорию, может быть, что-нибудь да найдем.

Прибывшие на подмогу Оленьке подруги внимательно выслушали рассказанную им в лицах историю. И высказали свое мнение.

— Лично мне совершенно ясно только одно: ваш гость лично знал Виолетту. По крайней мере, в лицо он ее точно хорошо знал. Ведь, несмотря на ночь и общий напряг, он моментально сумел понять, что перед ним находится другая женщина. А кто знает женщину лучше, чем ее муж? Уж родной муж свою любимую признает и ночью, и днем.

— Нет! Он никак не мог быть Костей, – сказала Оленька решительно. – Ростом он был гораздо выше. Костя ростом с меня, а этот человек был на голову выше. И гораздо плотнее Кости. И в плечах шире. И двигался он не так грациозно.

— Тогда кто это мог быть?

Вопрос был адресован Виолетте, но она лишь пожала плечами.