Книга Взгляд из-подо льда, страница 4 – Наталия Коротаева

— Герр Мерч!

Большинство журналюг, прежде сидевших на раскладных стульях с сигаретами в зубах и попивающих кофе из крышек термосов, выбросили сигареты, оставили кофе и окружили неожиданную персону, появившуюся по их сторону баррикады. Один из операторов поставил камеру на штатив и установил фокус. Все внимание было приковано к Мерчу.

Оставаясь статным, красиво одетым мужчиной, Мерч выглядел не столь свежо, как обычно. Легкая щетина обрамляла лицо, волосы то ли от ветра, то ли от забывчивости обладателя, лежали неопрятно. Май выдался холодным. Резкие порывы ледяного ветра не давали виднеющемуся солнцу прогреть землю и воздух, поэтому все продолжали носить пальто. Мерч был не исключением. Он стоял перед журналистами в темно-синем костюме с черной рубашкой и надетым сверху шерстяным черным пальто, застегнутым на одну пуговицу.

— Я могу говорить? – спросил Мерч у стоявшего ближе к нему репортера с неподдельным доверием, что вызвало удивление у всех.

Мерч вышел к ним не как деятель или политик, а как гражданин. Отец, который ищет свою дочь и не знает, что ему делать и где искать помощи. Он решился на публичное выступление.

— «Здравствуйте, меня зовут Франк Мерч, и я житель этого города, гражданин этой страны. В моей семье случилось горе. Мы не знаем, жива наша дочь или нет, где она сейчас и кто находится рядом с ней, но именно это незнание уже является большой трагедией. Я призываю всех людей, кто что-нибудь видел или обладает какой-либо информацией, я абсолютно всех прошу о помощи. Если вы сейчас слышите это сообщение и ваши дети где-то поблизости, если они рядом, вы их видите или держите за руку – это большое счастье. Чужих детей не бывает. И они – дети, именно поэтому им нужна наша помощь. Как вы знаете, и я это подтверждаю, Адриана больна. Она страдает душевным заболеванием, и ее нахождение в клинике было вынужденной мерой, на которую мы пошли с ее матерью, чтобы помочь ей. Мы ее очень любим. Если исчезновение Адрианы связано каким-либо образом с моей деятельностью в канун выборов, то я прошу связаться со мной. Я готов уступить свое место и снять свою кандидатуру с баллотирования на должность мэра этого города, – Мерч достал из нагрудного кармана фотографию дочери, поместил ее перед объективом и произнес: – Адриана, мы с мамой ждем тебя дома».

Он закончил. Пожав руку репортеру, обвел взглядом окружающих. Все стояли неподвижно, молча. Речь отца, просившего о помощи, тронула людей.

— Господа, прошу не устраивать из этого шоу, – направляясь в сторону дома, уважительно произнес Мерч.

К репортерам никто не относился с почтением, их, скорее, считают ишаками, но уж никак не господами.

А что остается человеку, когда тот в отчаянье? Отчаявшиеся люди, до этого не верящие ни во что, начинают верить, просить помощи и подавать милостыню.

Тот журналист, которому Мерч пожал руку, был не последним человеком в городе в журналистской связке. Франц Бебель – журналист французского происхождения, работал долгое время в издании The Insider, занимающИмся журналистскими расследованиями. Издание являлось авторитетным, так как на основе журналистских расследований заводили не одно уголовное дело. Источники журналистов имеют доступ к полицейским базам, к архивам Интерпола и к данным Главного разведывательного управления.