Онлайн книга «Фоллаут: Московский Гамбит»
|
«Смотри-ка, Рыжий, — Седой толкнул локтем дремавшего напарника, когда первые лучи едва осветили периметр базы Анклава. — Утренний развод караула. Прямо как в старые добрые времена, только флаг другой и морды у всех сытые, холеные.» Рыжий протер заспанные глаза и прильнул к биноклю. И действительно, на плацу перед главным корпусом «Кванта» выстроилось несколько десятков солдат в силовой броне. Какой-то офицер в фуражке с высокой тульей (издалека он походил на довоенного киногероя-нквдэшника) что-то вещал им с небольшой трибуны. Потом прозвучала команда, и часть солдат, чеканя шаг своими бронированными сапожищами, отправилась сменять патрули на вышках и у ворот. «Ишь, дисциплина, — с кривой усмешкой протянул Рыжий. — Шагают, как на параде. Не то что наши раздолбаи на «Маяковской».» «У них паек другой, Рыжий, — хмыкнул Седой. — И стимулов побольше. Например, перспектива получить заряд плазмы в задницу за нерадивость. Сильно мотивирует к строевой подготовке, знаешь ли.» День тянулся медленно, как патока. Они по очереди вели наблюдение, скрупулезно занося в блокнот Седого каждую мелочь. Каждые два часа — смена патрулей на стенах. Каждые четыре часа — смена караула на главном КПП. Грузовики с неизвестным грузом въезжали на территорию через восточные ворота, разгружались у одного из дальних ангаров и уезжали порожняком. Несколько раз над базой пролетал винтокрыл, делая круг почета, словно гигантский железный коршун, высматривающий добычу. «Интересно, что они там жрут, эти анклавовцы?» — задумчиво спросил Рыжий во время своего дежурства, наблюдая, как к столовой (или тому, что он принял за столовую) тянется вереница солдат без шлемов. — «Небось, не грибную похлебку, как мы.» «Может, довоенные консервы трехсотлетней выдержки, — предположил Седой, не отрываясь от зарисовки схемы патрульных маршрутов. — Или свежевыращенных гулей, фаршированных яблоками. У них там, поди, и яблони радиоактивные плодоносят круглый год.» «Фу, дядь Серёг, не говори так, — поморщился Рыжий. — А то меня сейчас опять стошнит.» «А что такого? — Седой пожал плечами. — В Пустоши и не такое едят. Главное, чтобы калорийно и не слишком фонило. Хотя, этим ребятам в силовой броне радиация, поди, как слону дробина.» К вечеру они уже имели довольно четкое представление о распорядке дня на базе. Знали примерные маршруты патрулей, время их смены, «окна» в наблюдении некоторых камер. Рыжий даже заметил, что один из прожекторов на северной стене, как раз недалеко от того места, где он предположительно видел люк, включается с некоторым запозданием, давая несколько минут почти полной темноты в этом секторе. «А это уже интересно, — похвалил его Седой. — Может, у них там электрик — бывший ударник коммунистического труда, до сих пор по стахановским методам работает, план по экономии электроэнергии выполняет.» «Или просто раздолбай, как наш Митька на «Маяковской», который вечно все путает,» — предположил Рыжий. Ночью наблюдение стало еще более напряженным. Яркие лучи прожекторов шарили по периметру, создавая причудливую игру света и тени. Но и в этой игре Седой находил свои закономерности. Он заметил, что некоторые участки стены прожекторы обходят стороной, либо их лучи там пересекаются так, что образуются «слепые зоны». И тот самый люк, который обнаружил Рыжий, как раз попадал в одну из таких зон. |