Книга Fallout: Ядерная Самба, страница 56 – Джон Сан

Он сжал диск в кулаке так, что острые края врезались в ладонь. Умбра. Она была здесь не для того, чтобы поболтать о старых временах. Если она здесь по приказу Института, значит, она — охотник. А он — дичь. Или «актив, подлежащий возврату или нейтрализации».

Старые раны — и те, что на теле, и те, что в душе — вскрылись, закровоточили с новой силой. Его враг теперь был не просто безликой корпорацией или одной из многочисленных банд Рио. У его врага было лицо. Лицо женщины, которую он когда-то считал другом. Возможно, даже больше, чем другом. И это делало ее самым опасным противником из всех, с кем ему приходилось сталкиваться.

Институт играл по-крупному. И он, Зед, снова оказался в самом центре этой смертельной игры. Только теперь он знал чуть больше. И был готов сражаться не только за свою жизнь, но и за правду. Какой бы горькой она ни была.

Глава 30: Игра Кошки с Мышкой (и с Мачете)

Присутствие Умбры в Рио стало для Зеда той гирькой, что окончательно сместила чашу весов его и без того нестабильного душевного равновесия в сторону тотальной паранойи. Каждый шорох за стеной его убогого убежища, каждый косой взгляд в мутных переулках Росиньи теперь казался ему ее тенью, ее ледяным дыханием на затылке. Он знал — она здесь, она следит, и она ждет.

И она не заставила себя долго ждать.

Альянс с пиратами Барракуды и остатками «Техно-Сертанежуш» был хрупким с самого начала. Общая цель — «Abrigo-Tec» — едва сдерживала их от того, чтобы не перегрызть друг другу глотки. И Умбра, похоже, решила этим воспользоваться.

Сначала пошли мелкие, но досадные сбои в их совместных операциях. Разведывательная вылазка к периметру полицейского участка, в которой участвовал Зед, наткнулась на неожиданно усиленный патруль «BOPE Mutado» — кто-то явно слил информацию об их маршруте. Попытка Изабель и Рауля раздобыть редкие компоненты для своего оборудования на одном из заброшенных складов закончилась засадой неизвестных рейдеров — они едва унесли ноги, а Зед, который должен был их прикрывать, оказался отрезан огнем и вынужден был пробиваться в одиночку.

Барракуда, и без того подозрительный, начал бросать на Зеда все более тяжелые взгляды. По фавеле поползли слухи, нашептываемые из темных углов — о чужаке, который слишком много знает, который связан с какими-то «призраками в белом» и приносит одни неприятности. Зед не сомневался, чьих это рук дело. Умбра играла с ним, как кошка с мышкой, дергая за ниточки, пытаясь настроить против него его и без того ненадежных «союзников», изолировать его, измотать.

Иногда он находил ее «послания». Дата-чип с единственным поврежденным аудиофайлом — записью их с Умброй разговора во время той самой провальной миссии в Бостоне, обрывок фразы, сказанной Лексой за мгновение до смерти. Или на стене его убежища появлялся нацарапанный символ — тот самый знак колибри, их старый позывной. Она показывала, что знает, где он, что может достать его в любой момент.

Зед стискивал зубы, его ярость смешивалась с холодным расчетом. Он не собирался быть мышью в ее игре. Он сам станет охотником.

* * *

Он начал оставлять ложные следы, пускать дезинформацию через тех немногих обитателей фавелы, которым, как ему казалось, можно было хоть немного доверять (за щедрую плату, разумеется). Он расставил несколько примитивных ловушек в местах своих предполагаемых «встреч» или «тайников». Он ждал, когда кошка сама попадется в мышеловку.