Книга Fallout: Ядерная Самба, страница 64 – Джон Сан

Изабель молча покачала головой, ее лазерный пистолет был наготове.

* * *

— Мне нужен доступ к главному терминалу, — голос Зеда был хриплым, почти неузнаваемым. Он указал на центральную консоль, расположенную перед гигантским ядром в центре зала. — Рауль, сможешь?

Старый техник, превозмогая боль в раненой руке, кивнул.

— Попробую. Энергия здесь, кажется, еще есть. Аварийная. Но протоколы защиты… они могут быть серьезными.

Пока Рауль, поддерживаемый Изабель, которая прикрывала его и помогала с инструментами, колдовал над терминалом, пытаясь обойти системы безопасности и восстановить доступ к данным, Зед медленно обошел зал. Он всматривался в криокапсулы, в разбитое оборудование, в скелеты в белых лабораторных халатах, застывшие в неестественных позах у своих рабочих мест. Здесь явно произошла какая-то катастрофа. Или бойня.

— Есть! — через полчаса напряженной работы воскликнул Рауль. На главном экране терминала, до этого показывавшем лишь помехи, замерцали строки кода, а затем появилось меню доступа. — Я обошел первичную защиту. Но дальше… дальше могут быть ловушки.

Зед подошел к терминалу. Его пальцы, привыкшие к рукояти мачете и спусковому крючку, теперь с неожиданной точностью забегали по клавиатуре. Институтская подготовка включала и такие навыки. Взлом систем, анализ данных, поиск уязвимостей.

Он погрузился в лабиринты файлов «Проекта Амазония-Генезис». И то, что он находил, заставляло его кровь стынуть в жилах.

Это был не просто проект по созданию убежищ. Это была гигантская, чудовищная по своим масштабам программа генетических экспериментов. Использование модифицированного вируса FEV, скрещенного с какими-то местными, амазонскими патогенами. Попытки создать суперсолдат, устойчивых к радиации, жаре, ядам. «Адаптированные активы», как их цинично называли в отчетах. Логи экспериментов были полны описаний неудач, уродливых мутаций, «утилизации» не оправдавших надежд образцов. Были и упоминания о сотрудничестве с «североамериканским исследовательским институтом» — без названий, но Зед понял, о ком идет речь.

— Какие же вы… твари, — прошептала Изабель, читая через его плечо один из отчетов. Ее лицо было бледным от отвращения.

Рауль молча курил самокрутку, его единственный глаз мрачно смотрел на экран.

* * *

Зед продолжал копаться в файлах. Он искал что-то конкретное. Что-то, что объяснило бы его собственное прошлое, его связь с этим местом. И он нашел.

В одном из самых глубоко запрятанных и защищенных разделов, помеченном грифом «Совершенно Секретно. Протокол Омега», был подраздел: «Série Trópico — Ativos de Propósito Especial»(Серия Тропик — Активы Специального Назначения).

И там, среди нескольких других кодовых обозначений, он увидел свое: «Unidade Z-3D. Статус: Полевое тестирование прервано (инцидент Гамма-7). Последнее известное состояние: автономный режим, потеря связи». Дальше шли технические спецификации: улучшенные рефлексы, повышенная сопротивляемость токсинам и радиации (частично успешная), имплантированные боевые программы, протоколы памяти с возможностью «гибкой коррекции». Были даже ссылки на его «исходный генетический материал» и кураторов проекта из Института, чьи имена он смутно припоминал.

Внутри что-то оборвалось. Холодная пустота заполнила грудь. Он не просто беглец. Он — изделие. Эксперимент. Оружие, которое вышло из-под контроля.