Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 4, страница 98 – Миф Базаров

На обратном пути решил заехать в оазис, посмотреть. Ведь это первый невысохший кусок земли в этом мире. К низине я подошёл не по дороге, а с юга, с дальней стороны, и заглушил мотор ещё наверху бархана. Скатился по песчаному языку накатом, закатил мотоцикл в кусты у края, за колючий сухостой.

Потом прощупал низину. Пусто, ни человека, ни зверя. Только это ничего не значит: в порту, на складе, двое подошли ко мне на пять шагов, и я не видел их, пока не приказали поднять руки. Амулет глушит всё. Вниз я спускался медленно и смотрел глазами.

Низина оказалась больше, чем виделась с дороги. Пальм я насчитал десятков семь, финиковых, с тяжёлыми гроздьями плодов, между ними густо росли кусты в человеческий рост, по краю сырого пятна стояла трава. В зелени возилась всякая мелочь, над травой висела мошка, по камню бегали муравьи.

Каменный колодец стоял посередине, он был накрыт простой дощатой крышкой. Рядом торчал столб с рогатиной, в рогатине лежала жердь: на длинном конце ведро на верёвке, на коротком вместо противовеса примотан проволокой старый блок цилиндров от грузовика. Видать, приволокли с прииска и приспособили вместо камня.

Я открыл крышку, потянул за жердь, отпустил и получил полное ведро. Вода холодная, жёсткая, с известью. Выпил три кружки, ополоснул лицо. Финики оказались спелые, я сбил немного и ел, стоя в тени, отдыхал.

И вот тут я задумался: ведь тварей здесь не было.

Час назад я объезжал склон с тараканами и насыпь ургаха. Вокруг на десятки километров всё живое ползает, отдыхает. А тут вода, тень, зелень, мелкая живность в кронах и ни одного следа крупного зверя. Ни борозды, ни помёта, ни разрытого песка.

Ответ нашёлся у входа со стороны дороги.

На вкопанном столбе, выше человеческого роста, был надет череп: крупный, вытянутый, с гребнем и двумя рядами зубов, отбелённый солнцем, внутри на кости нанесены десятки рун на незнакомом мне языке. Второй такой же стоял с северной стороны, на камне.

На щуп череп отозвался. Тихо, ровно, как отзывается работающий прибор. Артефакт, сделанный из остатков твари каким-то неизвестным мне магом. Радиус небольшой, шагов на триста, но в этом радиусе зверя нет.

Я стоял у черепа и разглядывал руны, когда услышал мотор. Пыль от пирамид показалась позже, секунд через двадцать.

Прочь я не поспешил. Отошёл к мотоциклу и лёг в кустах, между сухостоем и пальмовыми стволами. От колодца до меня набиралось шагов сорок.

Вездеход с глухим кузовом сполз в низину и встал у пальм.

Вышли четверо.

Водитель остался у капота и закурил. Двое в рубахах навыпуск, с кобурами на поясах, разошлись: один к колодцу, второй прошёл вдоль зелени по кругу, посмотрел на гребень и вернулся.

Четвёртым вылез Александр Жимин.

Худой, сутулый, лет двадцати трёх, рукава закатаны. Он подошёл к колодцу и взялся за жердь.

Руками.

Тот, что стоял ближе, шагнул помочь.

— Отойди, — буркнул Жимин. — Я сам справлюсь.

— Так я…

— Отойди, я сказал.

Голос у него звучал устало и зло, и охранник послушался, но видно было, что нехотя. Они отступили на два шага и уставились по сторонам, контролируя периметр. Меня же в тот момент занимало другое.

Я помню, как на прииске этот человек положил ладонь на воду в жёлобе, и она пошла вверх, против уклона, ровно, без плеска, ванна за ванной. Вся промывка тогда оглядывалась. Сегодня он висел на жерди всем весом, чтобы достать полведра.