Книга Погрешность, страница 238 – Э. Шрайбер

Не уклоняться — предугадывать. Я начал обращать внимание не на топор, а на плечо, и по плечу понимать, как будет идти удар.

— Вот, — сказал Кассий на четвёртый день. — Ты только что закрылся и сделал это как надо.

— Я даже не понял, что сделал.

— И хорошо. Разбирать будешь, если перестанет получаться, и надо будет понять почему. Это должно работать как привычка, а не как действие, над которым нужно раздумывать.

Он сидел на бревне и не вставал с него ни разу за всю неделю. Он вообще ничего не показывал — только объяснял.

Один раз я спросил, почему он не встанет и не покажет.

— Потому что я могу показать тебе, как это делает маг, — сказал Кассий. — Ты повторишь, у тебя, не дай боги, выйдет, и через год выяснится, что ты всё это время потратил не на то, что нужно. Свенн хотя бы бьёт тем же, у вас врата одного типа.

К концу недели половина разрезов уходила в пустоту, а из тех, что доходили, половина оставляла лишь лёгкое покраснение, а не глубокие царапины.

Свенн этим доволен не был.

— Я бью вполсилы, — сказал он. — Даже в четверть.

— Я знаю.

Он сел на землю и вытер лоб рукавом.

— Слушай, — сказал он.

Я понял по голосу, что сейчас будет не про топор.

— Я тоже копил, — сказал Свенн.

Я сел рядом.

— На школу?

— На школу. — Он поковырял пальцем землю. — Не десять лет, как твоя сестра. Четыре. У меня отец даёт долю с промысла с двенадцати.

— И куда собирался?

— Туда же, куда и Хельга. Топор Зимы. — Он пожал плечами. — Я даже думал идти с ней одной лодкой. И не решился.

— Почему?

Свенн долго молчал.

— Потому что ты уходишь на два года дороги.

Я не стал ничего говорить. Я подозревал, что дальше будет, и знал, что перебивать нельзя.

— Ты меня вытащил, — сказал он. — Ты и он. — Свенн кивнул в сторону Кассия, не глядя. — Своих… «друзей», — он почти выплюнул это слово, — я звал. Они бежали. Я это видел, у них только пятки сверкали.

Он говорил это ровно, как читают список.

— И я знаю, чего это стоило для тебя. Я далеко не глупый и считать умею не хуже тебя.

Вот тут мне надо было, наверное, что-то ответить.

Я всё это время понимал, о чём он думает. И четыре месяца ждал, когда он это скажет. Я был уверен, что, когда скажет, мне станет легче. Но легче мне не стало, я давно уже смирился с гибелью отца и ни в чём его не винил.

— Я спросил у него, — сказал Свенн через какое-то время. — У Кассия. Есть ли по дороге школа топора.

— И?

— Есть. В двух месяцах от столицы, в которую вы идёте. Не Топор Зимы, конечно, послабее, но и берут дешевле. — Он наконец посмотрел на меня. — Я иду с вами. Кассий не против компании.

— Ты меня не спрашивал.

— И не собираюсь. — Свенн встал и поднял топор. — Ты мне тоже не оставлял выбора, когда лез спасать. Я тебя об этом тоже не просил.

Он ударил обмотанным лезвием в столб, просто чтобы выпустить пар.

— Всё, — сказал он. — Работаем дальше.

С дальним у меня не выходило совсем.

Свенн пытался объяснить, и объяснял он про врата не хуже Хельги, а это значит, что никак.

— Ты его не собираешь и направляешь вместе с ударом, как бьёшь вблизи, — говорил он. — Ты его направляешь в топор… тьфу ты. Ты его направляешь в руку или ногу быстрым и уже собранным потоком, не куском, а именно потоком, и, как бы не останавливаясь, выталкиваешь вперёд. От себя.