Книга Лекарь в мире ЗОМБИ 2, страница 35 – Сергей Орлов

Череп молчал, его взгляд оставался холодным и твёрдым даже под контролем Кукловода. Это, казалось, только раззадорило её.

— О, смотрите-ка! Крепкий орешек! — она театрально всплеснула руками. — Я чую, кто здесь главный. Ты держишься иначе, даже когда каждая твоя мышца под моим контролем.

Её рука скользнула к его горлу, сжимая с неожиданной силой.

— Знаешь, в чём секрет настоящих мучений? Не в боли. А в том, чтобы заставить тебя смотреть, как умирают твои люди… медленно… мучительно…

Она резко отпустила его и отступила, разглядывая красные отметины на его шее.

— Тебя я оставлю напоследок, — пообещала она с ледяной улыбкой. — Ты будешь наблюдать, как каждый из них, — она обвела рукой остальных пленников, — превращается в моё произведение искусства. И только когда твоя душа будет полностью раздавлена, я позволю тебе умереть.

В глазах Черепа мелькнула ярость — крошечная искра сопротивления, которую Кукловод сразу заметила.

— Вот оно, — прошептала она, прижимаясь к нему. — Этот огонь… Сохрани его. Он сделает твои крики намного слаще, когда придёт время.

Наконец она оказалась передо мной. Её взгляд изменился — от холодного расчёта к жадному интересу. Чёрные глаза с расширенными зрачками изучали моё лицо, словно пытаясь прочитать каждую мысль.

— А ты интересный экземпляр, — она провела пальцем по моей щеке, оставляя влажный след крови. Её голос стал ниже, почти интимным. — В тебе что-то есть… какая-то скрытая сила. Ты пытаешься её спрятать, но я чувствую. Мы с тобой ещё поиграем, красавчик. Очень… обстоятельно.

Она схватила мою руку и приложила к своей шее, замерев от удовольствия.

— Чувствуешь пульс? Он всегда учащается перед тем, как я начинаю… творить. Это похоже на музыку. Самую прекрасную мелодию в мире.

Её внимание резко переключилось на Стрижа, и в этот момент я понял, что мужик был обречён. Она приблизилась к нему вплотную, и выражение её лица изменилось. Маска хищника трансформировалась в нечто ещё более пугающее — похоть. Не человеческую страсть, а извращённую жажду, смесь голода и вожделения.

— Ты, — пальцы с длинными ногтями, покрытыми засохшей кровью, погладили его скулу, спустились к губам. — В тебе столько… сочной жизненной силы. Так и хочется её выпить… всю, до последней капли.

Тёмный Лекарь шагнул вперёд. Высокий мужчина в заляпанном халате, руки по локоть в чём-то чёрном. От его пальцев исходило странное мерцание, а в руке он держал нож с почерневшим лезвием.

— Подготовь его, дорогая, — его голос звучал обыденно, как у повара, просящего помощника почистить овощи для супа. — Я хочу, чтобы он был в полном сознании до самого конца.

Кукловод сделала небрежный жест рукой, и Стриж сделал несколько шагов вперед. Она заставила его остановиться на относительно чистом участке пола посреди комнаты, прямо под тусклой лампой. Парень застыл в неподвижности, будто статуя, но дрожь, пробегавшая по его телу, выдавала отчаянную борьбу за контроль. В его расширенных глазах читалась чистая агония — не только физическая боль, но и понимание того, что в этом персональном аду он останется в полном сознании до самого конца.

— Смотрите внимательно, — пропела Кукловод, поворачиваясь к нам с гротескным реверансом. — Сегодня вы увидите, как рождается настоящее искусство!