Книга Лекарь в мире ЗОМБИ 5, страница 49 – Сергей Орлов

В просвете между деревьями мы увидели зомби, примотанных к стволам колючей проволокой. Ржавый металл глубоко впивался в серую плоть, в некоторых местах перерезая её до самой кости, обнажая желтоватые сухожилия. Мертвецы слабо дергались в своих путах, щелкая разбитыми челюстями и таращась пустыми глазницами в никуда. На их лбах чернели те же символы — вырезанные грубо и глубоко, местами обнажая пожелтевшие от времени черепа.

Из ран медленно сочилась густая черная жижа, стекая по мертвой коже и собираясь на земле в странные узоры, похожие на идеальные круги. Воздух вокруг этой поляны казался гуще, пропитанный запахом гари и чего-то металлического, от которого немели губы и язык при каждом вдохе.

По мере продвижения вперед лес вокруг нас становился все более искаженным и болезненным, словно и сама природа заразилась неведомой скверной. Деревья искривлялись под невозможными углами, будто в агонии пытаясь вырваться из земли. С кривых веток свисали длинные лохмотья коры, напоминающие содранную кожу. На многих стволах виднелись глубокие борозды — попытки вырезать те же зловещие символы, оставленные незаконченными, словно кто-то торопился, преследуемый невидимой угрозой.

Воздух с каждым шагом становился все плотнее, превращаясь в липкую субстанцию, которую приходилось проталкивать в легкие с усилием. Каждый вдох отзывался тупой болью в груди, а во рту разливался мерзкий привкус ржавого железа, смешанный со сладковатыми нотками разложения. Виски сдавило невидимыми тисками, перед глазами плясали черные точки, размывая очертания окружающего мира.

Под ботинками противно чавкала земля, пропитанная влагой и чем-то еще — более вязким и темным. В некоторых местах почва становилась почти черной, словно впитала в себя литры крови. Наши ноги увязали в этой жиже, которая будто цеплялась за подошвы, пытаясь удержать, не пустить дальше в глубины этого проклятого леса.

В гнетущей тишине, нарушаемой лишь шелестом листвы и нашим тяжелым дыханием, внезапно прорезался женский крик — высокий, пронзительный, полный такого первобытного ужаса, что все внутри сжалось. Крик перешел в булькающий хрип, словно кричащая захлебывалась собственной кровью, а затем оборвался — резко, словно перерезали струну.

Диана рядом со мной напряглась, а ее глаза расширились, словно пытаясь охватить происходящее вокруг. По моей спине стекала холодная струйка пота, впитываясь в ткань рубашки, несмотря на промозглый холод, царивший в лесу.

— Место реально жуткое, — едва слышно прошептала она, вытирая испарину со лба тыльной стороной ладони. — Как будто сам лес пытается вытолкнуть нас отсюда.

Я молча кивнул, не находя слов. С каждым новым шагом давление, окружавшее нас, усиливалось — в груди, висках, суставах, словно само пространство сопротивлялось нашему присутствию. Воздух вокруг дрожал едва заметной вибрацией, вызывавшей тупую, ноющую боль в зубах и костях.

Между стволов впереди мелькнули тени — фигуры в длинных темных балахонах, бесшумно скользящие по лесу, как призраки. Мы инстинктивно прижались к мокрой коре ближайшего дерева, почти сливаясь с тенями. Одна из фигур вдруг остановилась, словно почувствовав наше присутствие, медленно повернула голову, будто принюхиваясь, а затем продолжила свой путь. В ее опущенной руке тускло блеснуло металлическое лезвие.