Книга Лекарь в мире ЗОМБИ 6, страница 39 – Сергей Орлов

Улыбка вернулась на её лицо, неестественно широкая.

— Потом я заболела, — сказала она, поглаживая черные вены под кожей. — Чёрные вены появились сначала на руках, потом поползли выше. Рогов изолировал меня, считал, что это очередная мутация вируса. Он не понимал, что на самом деле это было приглашение.

— Приглашение?

— Улей зовёт не всех сразу, Макар, — её голос стал почти нежным. — Сначала заражение, потом инкубация, и только потом — Зов. Он только для Избранных. Я слышала его три дня и три ночи. Шёпот в голове, становившийся всё громче. Имена, координаты, обещания.

Она сделала паузу, глядя куда-то сквозь меня.

— На четвёртую ночь они пришли. Посланники Улья прошли сквозь все кордоны Академки, словно их и не было. Проникли на станцию метро и забрали меня. А знаешь, что самое удивительное? — она наклонилась ближе. — Я шла с ними добровольно. Потому что уже знала, куда иду.

— И куда же?

— К источнику Зова. К центральному нексусу Улья, — её глаза вспыхнули ярче. — Там я поняла, что со мной происходит нечто… уникальное. Обычно заражённые либо становятся безмозглыми мертвецами, либо сохраняют разум, но теряют волю. Но моё тело, мой мозг… они реагировали иначе.

Я внимательно наблюдал за ней, пытаясь найти нестыковки, признаки внешнего контроля. Но видел только её — мою сестру, говорящую осознанно, связно, без механических интонаций зомби.

— Оказалось, что я — Передатчик, — гордость сквозила в её голосе. — Редчайшая мутация. Я не просто часть Улья, я — его нервный центр. Могу принимать и передавать способности, контролировать других заражённых, объединять их в единую сеть.

Она сделала широкий жест, и все зомби вокруг синхронно повернули головы.

— Видишь? Они все — продолжение меня. А я — их. Я могу забирать способности у других псиоников, интегрировать их в сеть Улья. Телекины, Танки, Глушители — все их силы становятся моими.

— Что тебе еще рассказали? — спросил я, пытаясь понять, насколько глубоко зашла трансформация.

Глаза Виталины сияли почти нестерпимо ярко.

— Правду, Макар. О том, что Земля — всего лишь полигон для инопланетных экспериментов. Большая лаборатория, где изучают реакции подопытных крыс, — она указала на свою грудь, потом на меня. — Нас, Макар. Мы — крысы. Маленькие бессмысленные создания, чьи жизни и смерти служат лишь для сбора данных.

— И Улей часть этого эксперимента? — спросил я, пытаясь понять глубину её знаний.

— О нет, — Виталина засмеялась, и этот смех звучал чуждо, нечеловечески. — Улей — это конкурирующий проект. Другая раса, другие цели, другое видение будущего.

Она подошла ближе, голубые глаза сияли с такой интенсивностью, что от них исходил почти видимый свет.

— Пока Консорциум и твой синекожий куратор экспериментируют с индивидуальными псиониками, превращая вас в идеальных солдат, Улей создаёт единый коллективный разум. Будущее против прошлого. Эволюция против деградации.

Я замер, пропуская информацию через сознание. Слова Виты складывались в мозаику вместе с тем, что говорила Ксалфа. Два соперничающих проекта, две инопланетные силы, а мы — пешки в их играх.

— Откуда ты знаешь про синекожего?

— Я многое знаю, брат, — она улыбнулась, и её зубы в полумраке казались острее, чем должны быть у человека. — Улей видит. Улей понимает. И его покровители гораздо щедрее на информацию, чем Арбитры. Они показали мне правду. О том, как тебя вернули назад во времени. О том, как сделали из тебя идеальное оружие. О том, как ты умер в другой временной линии, сражаясь с мертвецами.