Книга Один я остался без силы 3, страница 6 – Сергей Орлов

— Мы в кулсе истолии, — вмешался я, выступая вперёд. Мой детский голос прозвучал неожиданно уверенно в этих гнетущих стенах. — Но сейчас Саплыкин бутет отень полезен.

Начальник тюрьмы уставился на меня, и на его лице отразилось сложное сочетание эмоций: недоверие, смятение и, наконец, неохотное признание.

— Ваше Высочество, — он склонил голову. — Но я обязан предупредить…

— Отклыть двель, — перебил я его, чувствуя, как внутри закипает нетерпение. — Сейтяс же.

Начальник тюрьмы повернулся к замку и ввёл длинную комбинацию цифр. Раздался пневматический шипящий звук, и дверь начала медленно отъезжать в сторону.

За ней была комната, совершенно не похожая на обычную тюремную камеру. Без окон, освещённая множеством ламп, расположенных под такими углами, чтобы не создавать теней. В центре, прикованный к полу специальным устройством, сидел Лев Сапрыкин.

Он выглядел иначе, чем во время нашей первой встречи. Теперь его глаза были ясными и осознанными, хотя усталость и годы заключения оставили на его лице глубокие следы. Его руки были скованы в особых перчатках, не позволяющих пошевелить даже пальцем. Вокруг шеи — металлический обруч с мигающими индикаторами.

Сапрыкин медленно поднял голову, и его взгляд сразу нашёл меня.

— Ярослав, — произнёс он, и его голос, хриплый от долгого молчания, звучал почти как приветствие. — Даже не думал, что мы так скоро увидимся снова.

Я сделал знак охранникам остаться у входа и подошёл ближе.

— Ситуация кличичесая, — сказал я без предисловий. — Монстлы плолвали оболону Бастиона. Нуна твоя помось.

Сапрыкин сидел неподвижно, но я заметил, как в его глазах промелькнула искра тревоги.

— Насколько всё плохо?

— Очень плохо, — ответил Макеев вместо меня. — Две волны атак, сотни жертв, и это только начало. Мы потеряли связь со всем миром. А сейчас дети, включая вашего сына, в смертельной опасности. Дом Юных Суперов окружён монстрами.

Сапрыкин вздрогнул, услышав о сыне. Цепи, сковывающие его, звякнули.

— Миша? Он в опасности?

— Все в опасности, — сказал я, приближаясь ещё на шаг. — Но мы собилаем спасательную глуппу. И нам нуен силный Теневик.

Сапрыкин опустил голову, его плечи поникли. Когда он снова заговорил, его голос был почти шёпотом.

— Я не уверен, что смогу вам помочь. Да, я вернул контроль над своим телом… но «защитник» всё ещё там, внутри. Он ждёт… ждёт момента, когда я ослабну.

— За этим я и плишёл, — ответил я, останавливаясь прямо перед ним. — Я помогу контлолиловать его. Так же, как в плошлый лаз.

Сапрыкин поднял на меня усталый взгляд.

— Зачем вы так рискуете? Зачем доверяете мне, после всего, что я сделал?

— Потому то ты не делал нието из этого, — твёрдо ответил я. — Это был он. И типель ты долен докаать всем, то та личность — это не настоящий Лев Саплыкин.

Несколько мгновений Сапрыкин молчал, уставившись на свои скованные руки. Затем он медленно кивнул.

— Хорошо. Я помогу вам, — сказал он, и в его голосе вдруг появились стальные нотки. — Ради Миши… и ради тех, кого я не смог защитить в прошлый раз.

Я повернулся к начальнику тюрьмы:

— Освопотите его.

Тот уставился на меня с выражением полного шока.

— Но Ваше Высочество! Протокол…

— К чёлту плотокол! — рявкнул я так громко, что охранники вздрогнули. — Чёлез тли тяса всё лавно не останется никого, кто мог бы этот плотокол вспомнить!