Книга Потомки исчезнувших Богов, страница 128 – Сергей Орлов

— Вот это я понимаю, мужчина! — толкнула Дорис локтем Зезиру, пожирая Стаса глазами — высокий, красивый, сложен, как Бог!

— Да, он действительно красив. Природа наградила его щедро, — ухмыльнулась Зезира. — Смотри, со стула не соскользни.

В это время «анголец» перешёл в наступление. Резко развернув корпус, он нанёс высокий удар тылом стопы, целясь в голову. Стас, стоя в расслабленной позе, прогнулся назад и мягким движением руки ускорил движение ноги противника, продолжая её траекторию. Совершив полный оборот вокруг своей оси, Бомани принял нижнюю стойку. Оттолкнувшись двумя ногами, он бросил своё тело головой вперёд, целясь Стасу в грудь. Тот сместился в сторону. Его правая рука по-змеиному заскользила по голове и шее противника, ещё в воздухе заставив «ангольца» перевернуться на 180 градусов. А затем костяшками согнутых пальцев левой руки, плотно прижатых к ладони, нанёс сокрушительный удар в горло. Бомани захрипел и распластался на земле. В полной тишине к нему бросились целители и судья. Но «анголец» остался жив. Правда, с раздробленным горлом. Светозаров зло сплюнул:

— Ведь просил его не заканчивать бой так быстро. И противника чуть не угробил…

— Я не понял, — заинтересовался Воронов. — Что за школа у Стаса! У африканца понятно, Капоэйро. А у него?

Председатель покосился на Сергея:

— Это не школа, это Система. Иногда её называют «Русбой». Передаётся из поколения в поколение. Никаких записей. Только в устной форме.

— «Русбой»… где-то слышал о ней… или читал… Никак не ожидал от Стаса такого. Движения плавные, словно вода струится, и не одного жёсткого блока. Признаюсь, он меня приятно удивил. А за представление Вы напрасно волнуетесь. «Анголец» за двоих постарался.

— Да, боец он замечательный. А знаете, Ваша идея с формой и эмблемой не так уж и плоха.

Тут он заметил выглядывающий из-под плаща Воронова незнакомый эфес.

— А что это у Вас за шпага?

Сергей положил на эфес руку:

— Это мой знакомый из краеведческого музея дал на время. Знаете, он буквально фанат холодного оружия. Очень удивился, когда я попросил у него подобрать для меня шпагу. Напрасно морщитесь, Олег Палыч. Между прочим, это — настоящий булат. Баланс идеальный.

— А где ваши клинки? Вы что, не будете выступать с ними?

— Буду. В последнем бою.

— Понятно. Пойду-ка я, поговорю со Станиславом.

Он стал протискиваться вдоль ряда. Воронов, повернув голову, наблюдал за его продвижением. И тут столкнулся взглядом с Дорис. В них были жалость… и презрение. Сергей всмотрелся в красивые зелёные глаза с восточным разрезом, затем отвернулся. Дорис вышла из оцепенения, вздрогнув всем телом.

— Ты чего вся дрожишь? Это Голицын тебя так завёл? — скосилась на неё Айшат.

— Этот ваш Воронов… он посмотрел мне в глаза… просто жуть какая-то. Словно окунулась в бездонный колодец. Он вообще-то кто?

— Да никто точно не знает. Одни догадки. Раньше работал врачом. В психбольнице.

А на поле в это время продолжались бои. Светозаров вернулся на своё место, тяжело вздыхая.

— Ну, и чем закончились ваши переговоры?

— Он сказал, что дерётся, как умеет. Но обещал…

— Скажите Олег Палыч… Вот если боец побеждает, а в следующем бою проигрывает…

— То его ставки переходят победителю. Вас ведь это интересовало?

Воронов кивнул: