Книга Сделка с Демоном, или Хвостатая проблема, страница 17 – Светлана Ворон

— Забей, это просто недоразумение, — устало вздохнула я, отложив телефон экраном вниз.

Средняя сестра продолжала пялиться на меня укоризненно, а младшая — слишком заинтересованно. Ей было любопытно, чем все закончится.

Меня беспокоило, что Соня вслед за Олесей захочет этой мнимой «свободы». И в итоге вляпается в неприятности.

— Вот, смотрите, — снова взяла я телефон и безжалостно стерла и контакт, и историю сообщений. — Мы живем по закону, девочки. Никаких отношений с человеческими мужчинами. Всё ясно?

Леська лишь пожала плечами и вернулась к чаепитию, а Соня разочарованно скуксилась.

Позже нужно будет поговорить с ней о том, почему она так отреагировала. Не иначе как сказок пересмотрела и размечталась о диснеевской любви.

Хотя ей было проще, чем нам с Лесей, устроить замужество, потому что она была младшенькой, о любви в таких договорных браках речи обычно не шло.

Вроде бы двадцать первый век, но не для ведьм! Мы навечно застряли в прошлых столетиях из-за ограничений Совета.

Так что отчасти я понимала среднюю сестру, почему ей не нравилась это балансирование на грани между современным миром и сверхъестественным. Да только выхода из ситуации нормального не было.

— Бабушке сегодня ставили укол? — перевела я тему. Вот о чем нужно было узнать в первую очередь.

— Да, приходила врачиха из поликлиники, — кивнула Сонечка, хватая последнюю слоёнку быстрее сестры, и они устроили шуточную драку за каждый кусочек.

Перемазались ягодами, но были счастливые и довольные. Еще такие юные, такие беспечные.

Устало оторвав пятую точку от стула, я оставила девочек и пошла навестить бабушку.

Одна из комнат нашей квартиры давно уже превратилась в больничную палату. Здесь густо пахло лекарствами и древними бабушкиными вещами: специфический «старческий» дух, от которого не избавиться.

Шторы были задернуты, свет затемнен, горела только настольная лампа. На блюдечке все еще валялась надломленная ампула. Эх, девчонки, ну чего не убрали-то.

Тихонько прокравшись к окну, я приоткрыла форточку, чтобы хоть немного проветрить помещение, и вдохнула прохладный воздух с улицы.

Темнело. Эта сторона дома выходила на маленький двор, в котором мы когда-то играли с сестрами. А теперь и не погуляешь: плотно парковались машины.

Бабушка спала: руки поверх одеяла, дыхание хриплое и тяжелое. Раскрытая книга валялась на полу, и я подняла ее, придержав закладку, чтобы не выпала.

Тихонько присела на скрипучий стул и взяла медкарту, чтобы посмотреть, не написала ли медсестра чего-нибудь новенького. Но там прибавилась лишь строка о выполненном уколе с датой и временем.

— Софи, это ты? — приоткрыла бабуля слезящиеся глаза, и я поспешила взять ее за руку.

В глазах невольно скапливались слезы при взгляде на болеющую женщину, которая растила нас с самого детства. А теперь еще и дурные мысли лезли в голову: может, и ее кто-то проклял?

— Это я, ба. Эльвира.

— Элечка, — узнала меня бабуля и улыбнулась, сжав мою ладонь шершавой, морщинистой рукой. — Как дела в школе?

— Я уже универ заканчиваю, ба. Помнишь? — сглотнула я горький комок.

Даже и не думала, что ведьмы тоже когда-то дряхлеют настолько, что начинается склероз. Мне представлялось, что мы умираем красивыми и молодыми, просто волею какого-то несчастного случая, а не от старости.