Книга Мальвина. Ошибка наемницы, страница 13 – Алена Бондар, Карина Рин

— Ещё! Ещё!

Он даёт мне это "ещё". Резко выходит из моего лона и переворачивает на живот.

— Нет! — протестую, прикусив губу.

— Да, — с каким-то ехидством отвечает мужчина.

Чувствую его влажные пальцы уже у себя в попке. Вот гад. Но я не собираюсь его останавливать. Я хочу его, неважно, где — главное, чтобы он был во мне.

Медленно, но уверенно его твёрдый, как скала, член входит в меня, раздвигая мои "задние губки".

— Ай! — кричу от смеси боли и наслаждения.

Надеюсь, это его не остановит. Моя внутренняя богиня ликует, когда он не останавливается.

Он входит, будто упрямый вор, захватывая территорию, становясь хозяином. Сначала медленно, затем всё быстрее. Его движения проникают глубже, заставляя ноги судорожно дергаться от накатывающих волн удовольствия, дальше эта судорога овладевает всем телом.

Я извиваюсь, уткнувшись в подушку, и кричу громко, до хрипоты. Дыхание прерывистое, в такт его толчкам. Я уже потеряла все ориентиры. Помещение сужается до его тела, его члена и подушки перед глазами.

Но мне мало. Я приподнимаюсь на колени, выгибаю спину, выставляя свою ценную попку на показ. Он тоже меняет положение, становясь на кровать, нависая надо мной, как могучий властелин.

Его движения становятся мощными и глубокими. Каждый миллиметр его члена ощущается, заставляя меня взрываться яркими вспышками наслаждения, как сверхновая звезда.

Чувствую, как головка члена разбухает, и его пульсация говорит о скором финале нашего забега. Но мне это уже не так важно — меня саму скоро разорвет.

В момент все исчезло, оставив лишь вспышку ослепительного жара, обрушившегося на нас одновременно. Мое тело выгнулось, встречая его рваное дыхание и стон, в котором смешались страсть и освобождение.

Взрыв удовольствия прокатился волной, сметая остатки разума, оставляя только ощущение абсолютной близости. Его пальцы вцепились в мои бедра, удерживая, как будто мы могли стать ещё ближе, ещё реальнее.

Наши сердца колотились в унисон, и в этот миг не существовало ничего, кроме нас.

* * *

Открытая балконная дверь одаривала нас морским прохладным ночным бризом. Я лежу на его груди и думаю, насколько же я падкая на красивые улыбки. Он, обнимая меня, смотрит в мою сторону и о чём-то усиленно думает.

— Алина? — перебирая мои волосы, спрашивает Алекс.

— У... — многозначительно, но как есть.

Приподнимаю голову с его груди и поворачиваюсь к нему.

— Завтра вечером, когда закончится аукцион, ты уедешь? — в его голосе звучит горечь, которую он даже не пытается скрыть.

— Да, — тихо, почти шёпотом произношу, строя ему кошачьи глазки, но он не ведётся.

— Жаль. Я бы хотел провести с тобой больше времени, — с легкой хрипотцой произносит мужчина.

— Ну, у нас есть еще время на несколько забегов до утра, — игриво отвечаю, ведя пальчиком по его груди.

— Нет, я не про секс. Он, конечно, обалденный, но я про...

Стоп! Это что? То, что я думаю?

Пожалуйста, не порть все... — прошу мысленно. Но он продолжает и всё портит.

— Про то, что, может, не будешь спешить уезжать? Погуляем, проведем несколько дней во Франции, — его улыбка, как всегда, крышесносна, но взгляд выдаёт нежелание расставаться.

— Алекс, — начинаю я, пытаясь быть твёрдой в своей позиции. — Я здесь по делу, колье — только оно... — смотрю в эти щенячьи голубые глазки и просто таю. Их синева завораживает.