Книга Друг отца. Порочные игры с принцессой, страница 21 – Дарья Рoманова

В какой-то момент, когда официант наполнил наши бокалы и скрылся, Женя крутанул ножку своего фужера и как бы невзначай спросил.

— Как вообще обстановка дома? Твой отец… не говорил о каких-нибудь переменах в жизни? Ну, знаешь, если бы он вдруг решил устроить свою личную жизнь, как бы ты к этому отнеслась?

Я немного удивилась вопросу, но ответила честно.

— Наверное, сначала было бы непривычно. Я же привыкла, что мы вдвоем. Но… он еще молод. Я бы хотела, чтобы он был счастлив. А почему ты спрашиваешь?

Женя усмехнулся, отпивая вино, и его взгляд стал чуть более цепким.

— Просто думаю о том, что мы все имеем право на счастье. Даже если со стороны это кажется чем-то неправильным или неожиданным.

Он отставил бокал и посмотрел мне прямо в глаза. Воздух между нами вдруг стал густым, тяжелым.

— Знаешь, — его голос стал ниже, бархатнее, — после того, что было в офисе, я думал, что успокоюсь. Но я ловлю себя на том, что думаю о тебе постоянно, Карина. На совещаниях, в машине, перед сном. Мне нравится твоя смелость. Мне нравится то, как ты на меня смотришь. Это уже давно не просто игра в секреты от твоего отца.

Мое сердце пропустило удар. Услышать такое от взрослого, успешного мужчины… Это было как наркотик. Я почувствовала, как по венам разливается пьянящее чувство собственной власти и женской силы. Я больше не была просто дочкой его друга, с которой можно позабавиться в тайне ото всех. Я была его наваждением.

И в этот момент во мне проснулась та самая дерзкая, порочная Карина, которую он сам же и выпустил на свободу. Почему бы не поиграть с ним?

Я мило улыбнулась, глядя ему в глаза.

— Правда? И о чем же именно ты думаешь перед сном, Женя? — невинно спросила я, взяв свой бокал с вином.

Одновременно с этим я чуть сдвинулась на стуле. Под столом, скрытая длинной белоснежной скатертью, я аккуратно скинула с правой ноги туфельку.

— О многом, — медленно ответил он, не подозревая о моих маневрах. — О том, как ты…

Он не договорил. Я почувствовала, как Женя замер, но ни один мускул на его лице не дрогнул. Продолжая смотреть ему в глаза и едва заметно улыбаясь, я медленно повела ногой выше, подбираясь к колену.

— Продолжай, — промурлыкала я, поднося бокал к губам и делая медленный глоток. Темно-красное вино влажным блеском осело на моих губах. Я видела, как его взгляд на секунду упал на мой рот, а скулы напряглись.

Моя нога скользнула по внутренней стороне его бедра. Ткань его дорогих брюк была приятной на ощупь. Я чувствовала обжигающее тепло его тела. Женя сглотнул, его пальцы крепче сжали край стола.

— Карина, ты не представляешь, с кем играешь, — хрипло, почти шепотом произнес он, и в его голосе прозвучала темная, опасная нотка. — Напросишься на поражение.

Вместо того чтобы испугаться, я лишь шире улыбнулась. Меня заводил этот тон. Заводило то, как тяжело вздымалась его грудь под идеально выглаженной рубашкой. Я не стала убирать ногу. Наоборот, чуть надавила пальцами, чувствуя сквозь ткань брюк пульсирующую твердость и жар его тела.

— А кто сказал, что я боюсь проиграть? — невинно промурлыкала я, глядя ему прямо в глаза.

В следующий миг большая горячая ладонь Жени скользнула под стол и железной хваткой сжала мою лодыжку. Я тихо ахнула, едва не пролив вино. Женя не отпустил мою ногу. Он медленно провел пальцами по нежной коже моего подъема, посылая разряд тока к низу живота, и еще крепче прижал мою стопу к своему члену.