Книга Жестокое сердце Тайги, страница 42 – Лина Коваль

Ярослав смотрит на меня, на пачку в моей ладони и мы оба пялимся на его правую руку, обнимающую руль.

— С этим пока сложно, Саш… Если кольцо заметит кто-то из команды — устроит кипиш с поздравлениями.

— Это плохо?

Он задумчиво потирает щеку.

— Нет, если бы речь шла не об отце…

— Блин… — я с облегчением выдыхаю. Мы ведь договорились, что расскажем Борису Сергеевичу здесь, в Ленске. — Об этом я не подумала. Я тоже тогда сниму…

— Ты носи. Ничего такого не будет. — останавливает и коротко на меня смотрит. — Эй, делись давай…. - смеётся.

Я вынимаю из пачки орех и подношу к его губам. Кончики пальцев сначала обдает горячее дыхание, а затем их задевают зубы.

— Ещё? — спрашиваю завороженно.

— Чуть позже. — Яр вздыхает и задумчиво смотрит на дорогу, а я решаю использовать его хорошее настроение, чтобы расспросить. — Ты был когда-нибудь в Солнечногорске?

— Ни разу.

— Я слышала, что твоя мама родилась у нас…

— Это правда. — отвечает неохотно.

— И тебе никогда не было интересно там побывать?

— Саш… — он смотрит на меня снисходительно. Как на дурочку, но очень милую. — Последние лет… — задумывается. — … так пятнадцать… Я двадцать четыре на семь на льду… С тобой-то с трудом вырвался. Болотов…

— Поняла-поняла. Не продолжай… — я тут же перехватываю инициативу и скармливаю ему ещё один орешек, отчего Ови грустно подвывает. — Я все тебе покажу! Не беспокойся!

Тайга

— Знаешь, почему Солнечногорск так называется, Яр? — спрашивает, когда мы проезжаем городскую стелу. — Блин… Уже стемнело…

Очень искренне расстраивается.

Видимо, оттого, что не успела исполнить свое обещание.

— Да уж. Обзорную экскурсию придется отложить на завтра… — говорю, посматривая то на пустынную улицу, то на Сашу.

Малочисленные яркие огни приветливо моргают. В их свете тонкие черты ее лица видятся фарфоровыми, а кудри нереальными.

— Так что там с названием? — она хитро опускает голову набок и мажет губы манговым блеском.

— Не знаю. Но могу догадаться, если буду следовать логике… — отворачиваюсь и устало бьюсь затылком о подголовник. — Солнце и горы?

— Не совсем… Здесь не бывает плохой погоды.

— Как? Вообще? — смотрю на нее.

Губы теперь будто пухлее становятся.

Сияют, заразы.

— Почти не бывает… Представляешь, дожди все время обходят нас стороной. Есть даже городская легенда на этот счет… — замолкает театрально.

— Я должен попросить тебя ее рассказать? — догадываюсь.

— Только если тебе интересно, Загорский! — опять дуется.

Жену включила.

— Мне, конечно, интересно…

Усмехаюсь и медленно выдыхаю под ее болтовню, чувствуя, как мышцы в теле расслабляются. От пробежек по утрам я здесь не откажусь, но почти четыре дня не выйду на лед. Этот отдых был мне необходим, хорошо, что Болотов понял. Правда, для этого пришлось светануть кольцом.

Вот он охренел…

Да я и сам охреневаю, что творю.

— Наш Солнечногорск со всех сторон сжимают горы. Раньше они были высокими, темными и очень опасными. Даже самые опытные торговые купцы боялись идти через них в дальние города. Вообще, эти места хранят в своей земле много пропавших без вести. Не боишься? — прищуривается и улыбается.

— У меня через пять дней игра. Живой или мертвый — я на ней буду.

Пытаюсь сконцентрироваться на дороге и навигаторе. До дома, где живут Сашкины родственники, два перекрестка.