Книга Подонок. Заберу тебя себе, страница 23 – Мария Кац

Макс пользуется моментом. Его рука ложится мне на талию, и он притягивает меня ближе. Спиной я упираюсь в холодную стену, а передо мной — его горячее тело. Между нами почти нет расстояния. Я чувствую его запах. Тот самый. Резкий. Мужской. Терпкий.

— Ты что делаешь? — шепчу я, пытаясь оттолкнуть его.

— Темноты боюсь. Вот и ищу поддержку.

Я смотрю на него. На его глаза, которые в полумраке кажутся почти чёрными. На его губы, которые так близко. На его руки, которые обнимают меня так естественно, будто делали это тысячи раз.

Моё сердце бьётся как бешеное. Пульс в ушах заглушает все звуки. Я не понимаю, что со мной происходит. Я не такая. Я не должна так реагировать на незнакомого мужчину. Он опасен, самоуверен, и от него нужно держаться подальше.

— Макс, прекрати, — шепчу я. — Пожалуйста.

— Я же сказал, — отвечает он чуть громче, но всё ещё шёпотом. — Темноты боюсь. Мне нужно чувствовать кого-то рядом.

— Ты не боишься темноты.

— Откуда ты знаешь? — он усмехается.

Я открываю рот, чтобы возразить, но в этот момент за дверью раздаётся голос тёти Марины.

— Алёна, ты здесь?

Шаги раздаются совсем близко.

Всё. Мне конец.

Она пытается вырваться. Я чувствую, как её ладони упираются мне в грудь, как она пытается оттолкнуть меня. Я чуть усиливаю хватку, не больно, но достаточно, чтобы она поняла: отсюда она не уйдёт, пока я не решу.

— Пусти, — шепчет она, чуть с дрожью в голосе. — Она сейчас войдёт!

— Не войдёт, — отвечаю я так же тихо. — Если будешь стоять смирно и не дёргаться.

— Ты с ума сошёл?

— Возможно, — усмехаюсь я. — Но ты же не хочешь, чтобы она увидела нас в обнимку? Или хочешь?

Она смотрит на меня с ненавистью. Или с чем-то, что очень похоже на неё. В полумраке её глаза кажутся почти чёрными, и в них плещется что-то такое, от чего внутри только огонь разжигается.

— Макс, — шепчет она, и в голосе уже почти мольба. — Пожалуйста.

— Я отпущу тебя, — произношу медленно, растягивая слова. — Но при одном условии.

Она замирает. Даже перестаёт дышать.

— Составишь мне компанию за чашкой кофе, — говорю я. — Вечером.

— Вечером? — она округляет глаза. — Но…

— Без «но», — перебиваю я. — Ты мне должна. Я тебя спас. Дважды. Хотя, нет, получается, с учётом этого случая, уже трижды.

Она сжимает губы. Я вижу, что она хочет возразить, сказать что-то колкое, но голос тётки за дверью становится ближе.

— Хорошо, — выдавливает она. — Только отпусти меня.

— Запомни, Золушка. Ты обещала.

Усмехаюсь и на секунду прижимаю её к себе чуть крепче. Просто чтобы почувствовать её запах. Тот самый — цветочный, лёгкий, чистый. Я отпускаю её. И в тот же момент, когда дверь начинает открываться, делаю шаг назад и в сторону. Ныряю между стеллажей, втискиваясь в узкий проём. Пыльно. Темно. Идеальное место.

В щели появляется силуэт женщины. Она смотрит на Алёну, которая стоит посреди комнаты, пытаясь унять дрожь. Руки дрожат. Она сжимает их в кулаки, чтобы скрыть.

— Алёна, ты чего здесь без света? — спрашивает тётка, щёлкая выключателем.

Яркий свет заливает комнату. Я жмурюсь, но через секунду привыкаю. Алёна стоит так, словно приросла к полу. Лицо красное, дышит часто.

— Я… я искала одну папку, — говорит она, и голос её звучит неестественно, но тётка, кажется, не замечает. — И свет выключился. Я хотела уже выходить.